Три жены. Большое кармическое путешествие

Когда в передней она снимала пальто, он подхватил его сзади, она оглянулась, и лицо ее оказалось неожиданно близко.

– Вы разве не собирались уходить? – спросила она.

– Нет, я только что пришел, – сказал он.

– Хорошо.

Она прошла в комнату, где все загудели с ее появлением, бросились с приветствиями, зажужжали вопросами.

А он еще постоял некоторое время в прихожей, прижимая к себе ее пальто, вдыхая ее запах, заполняя им себя целиком, без остатка.

Вечеринка с появлением хозяйки резко изменилась, потому что Дарья Марковна предложила говорить только по-английски.

С бриллиантовых дам тут же слетело высокомерие, и они принялись хмурить узкие лобики в поисках того или иного подходящего слова, чтобы сказать хоть что-нибудь, а не молчать.

Хозяйка переходила от одной дамы к другой, а он замер в углу комнаты, боясь шелохнуться, чтобы не спугнуть наваждение: таких женщин не бывает. Они приходят только в мечтах, где черты их лица обычно размыты, неопределенны. У них никогда не бывает таких четких очертаний тела.

Но здесь была мечта, выплывшая наконец из тумана. Она обрела ясные контуры, и от этого чуточку пощипывало глаза. Как от яркого света… Он пил уже третий бокал шампанского, автоматически подливая себе из бутылки, которую кто-то так непредусмотрительно позабыл на телефонном столике. Вот она плывет из одного угла комнаты в другой. Вот она…

У него не было сомнений, что они теперь не скоро расстанутся. В Лондон поедет он, именно он. Он был для нее тем же, что и она для него. Она его тоже узнала.

Его лицо прорвалось к ней из того же тумана. Неожиданно для себя Кирилл засмеялся.

Почему он так уверен в этом? Непонятно. Но он уверен, уверен абсолютно.

Вечеринка достигла своего вялого апогея, кто-то поставил «Битлз», и дамочки неловко и невпопад стали подпевать, страшно коверкая английские слова. Один из молодых людей пригласил единственную молоденькую девушку танцевать и выплясывал с ней что-то типа устаревшего рок-н-ролла. Кирилл стоял и счастливо улыбался, когда сзади его окликнули.

Она оказалась в пальто за его спиной, смотрела на него удивленно. Он спохватился, поставил бокал и вышел за ней, успев заметить, как Зойка, глядя им вслед из глубины комнаты, закусила губу. У подъезда она достала ключи, бросила ему, обошла машину. Он открыл неуверенно дверь и, уже сев за руль, объявил:

– Я, кажется, пил шампанское, Да…

– Дара, – сказала она.

Ну конечно же, Дара. Как он раньше не догадался?

– И что?

– И у меня нет прав.