Дорогая редакция

Стараясь не смотреть на него, я достала ключи, крупные слёзы упали на асфальт как капли дождя, я постаралась взять себя в руки.

В тишине мы вошли в подъезд и поднялись к моей квартире. Я вздрагивала от каждого шороха и присутствие рядом другого человека очень успокаивало.

– Вот, здесь я и живу, – сказала я у старенькой деревянной двери, неловким жестом указывая на неё. – Вы меня простите, пожалуйста, что я не приглашаю войти. Это ведь было бы неуместно, да? – я вдруг совершенно растерялась.

– Что вы, я и не планировал напрашиваться в гости.

– Дмитрий Аркадьевич, спасибо ещё раз, – я постаралась вложить в свой взгляд всю благодарность, которой была переполнена, – правда, если бы не вы…

– Да ладно, Настя, – он протянул руку, словно хотел ещё раз дотронуться моего плеча, но тут же одёрнул её, – повезло, что я оказался рядом в нужную минуту. Не берите в голову. Выпейте крепкого чая с сахаром и хорошенько выспитесь, надеюсь, завтра вы будете в полной боевой готовности к работе.

– Конечно, конечно.

– Тогда хорошего вам вечера и до завтра, – он повернулся к лестнице.

– До свидания, – сказала я на прощание, – спасибо ещё раз!

Он ушёл, я поскорее закрыла за собой дверь и трижды проверила, что все замки и щеколда заперты.

– Насть, ты чего там? – на шум в коридор вышла Варя.

Я перевела дух и рассказала ей о приключениях этого вечера. Только не решаясь назвать настоящего спасателя, сказала, будто меня просто окликнул незнакомый мужчина, чем и спугнул парней.

5. Переделать

На следующее утро мы с Варей вместе вышли из дома. Я отчётливо понимала, что второй раз на том же месте, тем более утром, вряд ли их встречу, и всё же невольно оглядывалась и нервно сглатывала, как будто ожидая, что вот-вот кто-то нападёт из-за угла.

У себя на столе я обнаружила небольшой подарочный пакет. Внутри оказался перцовый баллончик. Я спешно запихнула его в сумочку, убедилась, что никто в офисе этого не заметил и спряталась за монитором, весьма ясно догадываясь, от кого этот неожиданный подарок.

Щёки горели, и я всё никак не могла сосредоточиться на тексте. Первая волна беспокойства от вчерашних событий откатила, в голове раз за разом как в замедленной съёмке повторялись все кадры, как будто обретая более чёткие контуры. Вспомнился встревоженный взгляд Дмитрия Аркадьевича, его решительные и уверенные действия, крепкая рука. От него снова пахло тёплым апельсином.