Эмигрант

Тут я замахал руками так, будто указывал водителю самосвала, движущегося задним ходом, что до ближайшей женщины с коляской осталось всего несколько сантиметров. Фактически это означало: «Ничем вам помочь не могу». И вдобавок достаточно доходчиво пояснил, что в моей жизни не было никакой бар-мицвы, так что, будьте добры, катитесь вы отсюда подальше. Может, даже в самую вашу Австралию!

Не хотелось мне в целом доброжелательных людей обижать, но другого выхода тогда просто не было. К моему удивлению, парни в тюбетейках совсем не обиделись и даже не огорчились, а совсем наоборот – сильно обрадовались.

– Мы тебе сделаем бар-мицву, и не просто какую-то обыкновенную, а двойную, в 26 лет вместо 13-ти, – выкрикивали они, поочерёдно подпрыгивая от упавшего на них еврейского счастья.

Прежде чем согласиться осчастливить парней в тюбетейках, я, к своему удовлетворению, выяснил у русскоговорящих преподавателей в ульпане, что ничего отрезать у меня на этот раз не будут.

Более того, по этому поводу уроки в ульпане будут отменены (!) на весь день (!!) и в мою честь состоится праздничный ужин (!!!) с элементами чествования. Оказалось также, что все присутствующие будут дарить мне подарки (!!!!).

И тогда я подумал, что такая смесь иудаизма с капитализмом мне подходит – она просто атеистически-коммунистическая!

Не стану описывать в деталях всё происшедшее в тот незабываемый день, целой книги не хватит. Ограничусь лишь перечислением самого главного.

На целые сутки в мой ульпан привезли из Раананы мою любимую черновицкую бабушку. Сотни гостей присутствовали на моей бар-мицве у Западной Стены Плача. Некоторые из них даже немного плакали от счастья. Торжеством умело руководил сам главный раввин Сохнута

(родом из Крыжополя).

Благословения на тфилин

и талит

я произнёс, повторяя за раввином. Затем в сопровождении пары дюжин мужчин мы зашли в синагогу, находящуюся под Храмовой Горой. Оттуда мы вынесли Свиток Торы и стали читать.

И я прочёл несколько строк, которые заблаговременно выучил наизусть. Всё выглядело очень трогательно, даже с точки зрения такого матёрого атеиста, как я.

На торжестве была широко представлена израильская пресса, и на следующий день на первой странице главной газеты страны Jerusalem Post появилась статья про мою бар-мицву с огромной фотографией, где я в окружении гостей снисходительно принимал подарки.