Как я хотела родить ребенка. Сборник рассказов

– Но причина не офтальмология, – указала ей на дальнейший текст Марина. Указано: «Острые воспалительные процессы, происходящие в организме. Механизм неизвестный.

Нина Петровна, врач с почти полувековым стажем, молча откинулась на стуле, и, помолчав, резко спросила:

– Где пациент?

– Сидит у кабинета, – испугавшись ее тона, ответила Марина и ввела его в кабинет.

– Евгений Михайлович! – представился тот.

Нина Петровна задала ему некоторые вопросы, провела визуальное и пальпированное обследование и попросила подождать в коридоре.

Потом долго и молча изучала медицинскую карту обследования, анализы, историю лечения и позвонила дежурной медсестре:

– Обход переносим на полчаса!

И уставившись каким-то туманным взглядом на Марину, сказала:

– Сгубила ты, кажется, девочка, этого человека!

– Так все плохо? – упавшим голосом спросила Марина.

– Хуже нет!

… Болезнь эта, по предварительному мнению Нины Петровны не имеет никакого отношения к неврологии. Это могло быть одно из редких иммунных болезней, когда клетки начинают вести себя как киллеры, и воспаление идет по всему организму на клеточном уровне.

И поскольку из-за поставленного неправильного диагноза болезнь долгое время не лечили, то справиться с ней в этом состоянии было уже проблематично. И даже если сейчас прямо с сегодняшнего дня удастся ударными дозами гормонов заглушить ее, для дальнейшего текущего лечения – а на это уйдет года три. Но слепоту я уже не остановлю! Это одно из последствий. Атрофия зашла слишком далеко.

Марина сидела, как убитая.

– Заявите?!

Нина Петровна как-то странно посмотрела не нее:

– Я – нет, Он сам заявит. Или его семья. У него есть семья?

– Не знаю.

Нина Петровна вдруг перешла на официальный тон и, наклонившись к ней, зло спросила:

– А ты о чем думаешь, Марина Сергеевна?! Ты о нем лучше думай!

И встав со стула, приказала:

– Переведи его ко мне, все документы на стол. И видимо опомнившись, произнесла,– Будем надеяться!

И уже совсем примирительно:

– У меня за всю мою практику было только два таких диагноза.

– И оба ослепли?

– Один.

…Вечером, придя домой, Марина вдруг сказала пришедшему раньше нее и накрывшему на стол мужу:

– Налей мне водки!

– Пить начала? – сыронизировал муж.

– Может, и начну! В клятве Гиппократа об этом ничего не говорится!..

… Утром, после планерки, позвонила Нина Петровна:

– Зайди ко мне в двенадцать.