АльteRNatива

 – Тебе страшно, Суфле?

– Не называй меня так, гнида!

– Хватит, парни, давайте дойдём спокойно, не хватало ещё на местных нарваться, – сказал Самсон.

После этого все замолчали и остаток пути мы шли в тишине.

Я чувствовал вину за то, что делаю: иду развлекаться на святое место бывшего храма Божьего, да ещё и пиво там пить. Не зная насколько подобное плохо, пока мы шли, я раз десять посмотрел в сторону Бога. Хорошо, что выбранное мною направление совпадало сейчас с нашим путём, иначе бы пацаны точно заметили эту мою странность, и пришлось бы снова врать насчёт того, что я делаю упражнение для зрения.

Вскоре мы дошли до колокольни и осторожно ступили на свалку битого кирпича. Я почтительно покосился на внушительный деревянный крест, отдавая дань этому старому Божьему порталу. Разумеется, главным местом для моей связи с Господом всегда оставалась церковь у моего дома, но я никогда не позволял себе пренебрежения и в отношении других порталов.

Делюга юркнул внутрь башенки и через мгновенье вернулся с пятилитровой баклажкой пива.

– Вот, пацаны, – торжественно объявил он. – Приступим!

– А похрустеть есть чё? – спросил Толстый.

– Ха-ха, тебе лишь бы хрустеть, – сказал Чудо-тварь. – Хру-хру.

– Завали е…!

– Есть, – сказал Самсон и вынул из рюкзака три пачки сухариков.

– Ништяк! Где взял? – обрадовался Рукомойников.

– Ангелина угостила.

Я вновь ощутил укол ревности.

– Пацаны, а у меня ещё сиги имеются, – подал голос Красный.

Курить никто из нас ещё не пробовал. Воцарилось смущённое молчание.

– Ну а чё, можно и покурить, – заявил Чехов.

– А как же тренировки, боевая подготовка? – возразил Толстый.

– А что подготовка? Маратыч курит? – курит. И хочешь сказать, что военные не курят? Да почти все!

Чудо-тварь явно намеревался развивать тему дальше, но я вдруг, сам не зная зачем, подошёл к Красному, взял у него пачку и достал сигарету.

– Спички?

Прокопенко вытащил зажигалку и дал мне прикурить.

Все смотрели на меня как на первопроходца, вышедшего на тонкий лёд. Я затянулся, набрав полный рот дыма, и тут же истошно закашлялся. Чудо-тварь заржал и тоже взял сигарету.

В ту ночь все, кроме Самсона, выкурили по своей первой сигарете.

– Пацаны, я не буду курить, – спокойно сказал он.

– А чё ты?

– Да ничего, не хочу и всё, – отрезал Штерн.

Он достал из рюкзака пластмассовые стаканы.

– Только три есть, поэтому по очереди будем пить.