АльteRNatива

 – Оставь свои дипломатические способности для кого-нибудь другого. Я жду чёткого ответа на поставленный вопрос.

Самсон виновато потупился, покраснел и выдавил:

– Мы ходили на Колокольню.

– Какую ещё Колокольню? – нахмурилась Нина Павловна. – Вы что… – она нахмурилась ещё сильнее, – вы ходили на церковные развалины в село?! Вы туда ходили?!!

Самсон шумно сглотнул:

– Да, Нина Павловна…

Воцарилось зловещее молчание, казалось, учитель никак не может понять до конца того, в чём ей только что признались, в ней медленно поднималась волна негодования.

– Да как вам вообще такое в голову могло прийти?! – вскричала, наконец, она. – Вы знаете, что в этой деревне бандюги всякие ошиваются, наркоманы, сумасшедшие? Вы хоть понимаете, что могло бы произойти?

– Понимаем, Нина Павловна, – сказал Самсон.

– И что бы тогда со мной было? Что бы тогда сказали ваши родители? Нет, вы не понимаете, вы точно не понимаете! Сейчас и в городе то кругом опасность, разбой, грабежи, рэкет! А здесь что, в дикой местности? Да вас могли бы похитить, могли убить, могли вообще чёрт знает что сделать…

Нина Павловна кричала на весь коридор, сзади неё уже толпилась малышня двенадцати-тринадцати лет.

Кто-то особо наглый, высунулся из-за её плеча и заявил:

– Изнасиловать могли педофилы.

– А ну пшёл отсюда! – заорала Нина Павловна на умника.

Увернувшись от подзатыльника, пацан бросился наутёк.

Шумно дыша, учитель строго смотрела на нас.

– Значит так, – сказала она ледяным тоном, – на следующий год вы в лагерь не едите – это я вам обещаю.

А сейчас идите завтракать, а после жду вас в своём кабинете. Всех шестерых.

С этими словами она ушла.

Я встал с кровати и первым делом глянул в сторону Бога, сейчас я понял, что это Он посылает мне наказание через Нину Павловну. Похоже, в этот раз оно будет в виде предупреждения…

– На хрена ты ей сказал про колокольню? – злобно спросил Чехов.

Скрестив руки на груди, он хмуро смотрел на Штерна. Все остальные, видимо, его поддерживали, – так же хмуря брови, они ждали ответа.

Под всеобщим натиском Самсон смутился и покраснел. Мне стало жаль его.

Он попытался перейти в нападение:

– А что надо было сказать?

– Не знаю, помолчал бы для разнообразия как все, – ощерился Чехов. – Что нам теперь по-твоему делать? А если нас из школы выгонят?

– Не пори чушь! Никто нас не выгонит, – неуверенно возразил Самсон. – За что? Мы вообще сейчас не в школе, а в летнем оздоровительном лагере.