АльteRNatива

Когда мы, наконец, дошли до магазина, Красный взял мою десятку и, добавив к ней свою, отдал бомжу последние распоряжения:

– Возьми литр нефильтрованного и пачку сухариков, тебе примерно четыре пятьдесят останется.

– Давай, – бомж раскрыл грязную ладонь.

Красный брезгливо вложил в неё купюры.

– Только в пакете бери.

Бомж сжал деньги в кулак и вошёл в магазин. Другие покупатели мгновенно шарахнулись в стороны. Через несколько минут он вышел и протянул Красному чёрный пакет, Витёк перехватил его пониже ручек и с блеском в глазах сказал:

– Погнали теперь в сад!

Его энтузиазм передался и мне, я почувствовал азарт и волнение.

Так было всегда, когда мы собирались пить пиво.

В наших дворах было одно место, которым пользовались все желающие уединиться. Это был заброшенный детский садик, который перестал функционировать уже лет двадцать назад. На территории здесь иной раз творилась настоящая вакханалия. В старых беседках пили пиво мы и такие как мы, в самом здании периодически ночевали бомжи и наркоманы.

Пацаны постарше приводили сюда девчонок, а дворовые алкаши часто использовали это место как туалет по малым и большим нуждам.

В общем, этот детский садик был основной точкой нашего квартала, где можно было делать всё непотребное. И, конечно, если бы мы были уже совершеннолетними, мы бы ни за что не стали прятаться среди всей этой мерзости. Но бухать нам тогда ещё было рано, поэтому приходилось изощряться, дабы не нарваться на проблемы со взрослыми.

Мы влезли сквозь дырку в ржавом сеточном заборе и юркнули в первую беседку.

Красный аккуратно свинтил пробку и, приложившись губами к горлышку, сделал несколько больших глотков.

– Куда так торопишься? – недовольно спросил я и украдкой покосился в сторону Бога.

– Да пить охота, – пояснил Красный, передавая мне бутылку.

Я последовал его примеру и сделал примерно столько же больших глотков. Это было делом принципа: пить одинаково, чтобы каждый употребил поровну и в равной степени опьянел.

– Открывай сухари, – сказал я, ещё раз пригубив пиво.

Прокопенко с хрустом разорвал пачку, и несколько штук просыпались.

– Вот растыка! – проворчал я.

– Да ладно, не вопи, – огрызнулся Витёк.

Я протянул руку и вынул из пачки щепоть. Разгрызая закуску, я почувствовал терпкий солёный вкус.

– С салом и горчицей что ли?

Витёк взглянул на упаковку.

– Не, с хреном и перцем. Да какая разница, там одно и то же всё – химия сплошная, – глубокомысленно изрёк он.