АльteRNatива

Чехов был выше меня на голову и, как я уже говорил, вообще самым сильным из нас. Он с лёгкостью отбил мои удары, вывернул мне руку и влепил унизительную пощёчину:

– Успокойся, Костя! – сказал он грозно, не выпуская вывернутую руку.

– Пусти! – крикнул я, чувствуя, что ещё чуть-чуть и расплачусь.

Он отпустил, но настороженно следил за моими движениями.

С трудом совладав с собой, я шумно выдохнул и сел на свою койку. Больше всего в тот момент мне хотелось выйти из комнаты, уйти подальше от корпуса и дать волю слезам, где-нибудь, где меня никто не увидит.

Но я знал, что именно сейчас этого делать никак нельзя, я бы окончательно опустился в глазах своих друзей, и дальше всё становилось бы только хуже.

Рывком я вытащил из-под кровати дорожную сумку и стал в ней рыться, делая вид, что что-то ищу. Все молчали, и мне казалось, что они сейчас смотрят на меня и перемигиваются между собой. Я боялся поднять взор и удостовериться, что то, о чём я думаю – правда. Что они продолжают надо мной куражиться, и вот-вот последует новая волна унижения.

Порывшись в сумке, я достал книгу, которую взял с собой читать, но за минувшие дни ещё ни разу не открывал. Я бросил её на подушку и задвинул сумку обратно под кровать. С запозданием пришла мысль, что этого делать не стоило. Наверняка они сейчас начнут ещё глумиться и над книгой!

Я лёг на бок, положил перед собой увесистый том и, наконец, опасливо оглядел соседей. Вопреки моим страхам, никто из них на меня не смотрел – каждый занимался каким-то своим делом.

На мгновение мне даже показалось, что молчали они всё это время не из-за меня, а просто потому, что темы для разговоров были исчерпаны.

Красный и Делюга, не издавая ни звука, играли в карты, Толстый листал какой-то глянцевый журнал с сиськами, Чудо-тварь пялился в окно, а Самсон вообще спал. Или делал вид, что спит.

Может это уловка? Может они просто хотят, чтобы я думал, что на меня никто не обращает внимания? А стоит мне расслабиться и потерять бдительность, так они снова примутся за свои издевательские штуки?

– Что за книга? – спросил, как ни в чём не бывало, Чудо-тварь.

Урод!

Я ничего не ответил и подперев голову кулаком раскрыл корешок.

Это были «Дети капитана Гранта».

– Что за книга? – невозмутимо повторил Чудо-тварь. – Коость?

Ага! Теперь я Костя! Даже не Смык! А пять минут назад, когда они меня доводили, я был Смычок!

Вообще говоря, в нашей банде считалось признаком уважения, когда тебя называли по имени.