Дикий абрикос. Сборник рассказов

Водку в те годы продавали по талонам. Но что значит для художника талоны? Всегда нарисует. И вот мы спешим по диагонали в магазин, но дойти нам мешает Гефест, который всё время напоминает Круглову о судьбе многих художников. И о его личной судьбе.

Видимо, ночью генерал улёгся спать, Круглов вытащил давно начатую работу. Ночной свет ему не мешал. Однажды он сказал мне: «Надо работать без естественного света, так лучше править при естественном…» В это же время я написал стихотворение и отправился через весь город в мастерскую Круглова, где спал генерал и висела его длинная шинель.

– Ты же знаешь, что Гефест – самый первый изобретатель, – не оставляет тему Круглов по дороге в магазин, продолжая подметать снег полами генеральской шинели. – Всегда помни, что за уродством может скрываться гений и светлый ум добрейшего человека…

Из провала поднятого воротника шинели выглядывает рыжая бородка Круглова и оттуда валит махорочный дым. Слышно:

– Когда мать сбросила Гефеста в море…

Китаец

– Китаец это зверь! Он всё кушает!

Сказав это, Денис делает большие глаза и задорно смеётся.

Он большеглазый и толстогубый, весёлый и толстый китаец. Неплохо говорит на русском языке. В первый раз вижу такого.

– Почему ты Денис?

– Меня как большого китайского начальника зовут – Ден Сяо. А русские милиционеры сказали – Денис.

– Ты знаешь русских милиционеров?

– Их все китайцы знают. Русский милиционер лучше всех говорит китайское слово хучао! Как только увидит китайца, он сразу кричит – хучао!

– Что это?

– Ты не знаешь? Ты много-много китайских слов знаешь, а хучао не знаешь.

Хучао – паспорт! Русскому милиционеру всегда нужен китайский паспорт.

– Зачем русскому милиционеру китайский паспорт?

– Ты что, дурак? Русский милиционер без китайского паспорта – бедный, бедный!

– Почему, Денис?

– Ну, ты совсем дурак! Китаец вместо паспорта даёт русскому милиционеру деньги.

Денис находится у меня третий день. Он, как бы, заложник. И даже знает, что он, как бы, заложник. Денис понимает это и ненавязчиво сочувствует мне, пытается как-то помочь: соблюдает этикет невольного невольника, не уходит далеко. Терпеливо ждёт своей участи, как и положено заложнику.

Мы живём с ним в маленькой закусочной на федеральной трассе, уходящей прямо на МАПП – многосторонний автомобильный пункт перехода, который впускает в Китай.