Философия крутых ступеней, или Детство и юность Насти Чугуновой

С матерью Насти я не берусь договариваться, хотя, по здравому рассуждению, она должна обрадоваться тому, что я предлагаю.

– Да нет уж, теперь, наверно, не обрадуется, – сказал Шитиков. – Отвыкла от дочери. У Ирки новые сердечные дела, ищет мужа.

– Лучше помолчи! – прикрикнула на него Татьяна Ивановна и продолжила говорить с Чугуновым: – Что ж, школа тут у нас под боком. Пускай Настя идёт и учится. Только мы не поведём её ни в какие другие школы, кроме общеобразовательной. У нас времени нет водить, все мы работаем.

– Это многое даёт для общего развития, а может дать и профессию, – сказал Андрей Иванович. – Девочка второй год учится по классу скрипки и занятия не бросит. Мы сделаем всё, чтобы не бросила. Если на семейном совете договоритесь взять Настю к себе, то, пожалуйста, подумайте, как продолжить её музыкальное воспитание. Ради ребёнка приходится многим жертвовать. Александр Васильевич, я знаю, любит классическую музыку – вот ему было бы интересно водить внучку в музыкальную школу.

– Н у, у вас одни взгляды, а у нас другие, – хмуро, упрямо ответила Татьяна Ивановна. – Я считаю, что это блажь – обязательно водить ребёнка в музыкальную школу. Никто из нас с работы не уйдёт. А жить на что прикажете? Сейчас, по-моему, надо думать только о том, как выжить. При нынешних ценах, того гляди, с голоду умрёшь или из квартиры выселят за неуплату долгов.

Голод Шитиковым едва ли грозил. Татьяна Ивановна преувеличивала. Она всю жизнь трудилась в продуктовых магазинах и теперь торговала в одном из них, уже частном. Опытная продавщица умела экономить на продаже, сэкономленное незаметно брала домой и кормила близких неплохо.

– Всё-таки нужно узнать мнение Настиной матери, – сказал Андрей Иванович…

Слышно повернулся ключ в замочной скважине наружной двери. Дверь открылась и прихлопнулась. Шурша верхней одеждой, Ирина сняла её в прихожей, потом расстегнула молнии и скинула сапоги, пристукивая ими о пол.

– Кто у нас? – спросила она тонким голосом.

Татьяна Ивановна ответила.

8

Она позвала ужинать. Помня, что женщины в этом доме противятся спиртному, Андрей Иванович всё же достал из сумки четвертинку горькой. Он так озяб на улице, что купил водки и решил согреться ею в гостях. У него и теперь не унялась внутренняя дрожь, вестница простуды.