Ловушка для Хамелеона

В коридоре появился отец.

– Ты уже дома? – спросил он с порога уставшим голосом.

– Последнего урока не было, – она поцеловала его в щёку. – Химичка заболела.

По всему было видно, что он её не слушал. В последнее время отец стал раздражительным и нервным, заводился по пустякам, порою срываясь на крик. Было жалко маму, которая, словно оправдываясь за отца, говорила дочери: «Работа у отца тяжёлая».

– Кофе будешь?

– Что?

– Я говорю, кофе пить будешь? Тебе сварить?

– Кофе, кофе… – забормотал отец.

– Или борщ разогреть вчерашний?

– Давай.

Дочь развела руками:

– Что давай? Кофе или борщ?

– Кофе! – он хотел добавить что-то ещё, но передумал и ушёл в спальню.

Отец редко появлялся дома днём: с утра до ночи пропадал на работе, иногда даже не приезжал ночевать. В таких случаях он всегда звонил по телефону и предупреждал. Но если раньше это было нечасто, то с января подобные бдения вне дома приняли регулярный характер.

Было это вызвано, как говорится, производственной необходимостью или нет, Оля даже не хотела знать.

Дела взрослых – это дела взрослых. Но то, что между родителями появилась трещина – было заметно невооружённым глазом. Вот это-то её и волновало. Вроде всё в доме было по-прежнему: семейные традиции, устоявшиеся отношения и ежедневный распорядок вещей… Да, это никуда не делось. Но атмосфера уюта и теплоты семейного очага давно улетучилась. Вместо неё появилась обыденная сухость, залакированная фарсом ложного благополучия.

– Кофе готов! – позвала Оля, разливая из джезвы ароматный напиток.

Отец кинул в чашку два куска рафинада и стал размешивать, глядя перед собой. Сахар давно растворился, а ложка по-прежнему болталась в чашке, выбрасывая на блюдце чёрные капли. Он даже не заметил, как дочь поднялась, обошла его сзади и обняла, положив голову на плечо.

– Пап, ну что с тобой?

От нежно-тревожного шёпота, вползшего в ухо, его пробрали мурашки. Он бросил ложку на блюдце и похлопал ладонью по сведённым под шеей тонким рукам.

– Всё в порядке, Оленька.

– Ну я же вижу… И мама переживает.

– Всё в порядке, – медленно повторил отец, больше убеждая в этом себя, нежели дочь. – С инязом не передумала?

– Уходишь от неприятной темы?

Он грустно усмехнулся:

– Ты у меня не только красивая, но и умная.

– Вся в тебя.

– Это точно! – комплимент подсластил горькое настроение. – О! Совсем забыл! Там, в коридоре, пакет с сервелатом и сосисками. Надо бы в холодильник положить.

– Положу.