Сочинения

Сочинения

Чарльз Диккенс

Чарльз Диккенс – величайший писатель викторианской эпохи, еще при жизни ставший классиком английской литературы.

Данная книга включает цвет творчества Диккенса. Сюда вошли веселый роман о путешествующих английских джентльменах «Посмертные записки Пиквикского клуба» и увлекательная история «Большие надежды» о богатстве, свалившемся на юного подмастерья по имени Пип.

Украшением книги стали романы «Приключения Оливера Твиста» о судьбе маленького бродяги, неожиданно обретшего родственников, а также «Дэвид Копперфилд» – повествование о силе человеческой воли, позволяющей преодолеть любые преграды на пути к счастью.

Диккенса можно назвать одним из самых человеколюбивых авторов, он учит читателя неподдельно радоваться и грустить. Грустить – из-за ужасных мучений, которые подчас испытывают персонажи его книг, радоваться – благодаря доброму и мягкому юмору, неразлучному с описанием жизненных перипетий его героев.

Чарльз Диккенс

Сочинения

Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим

Предисловие автора[1 - Предисловие автора. – Настоящее предисловие было предпослано изданию 1869 года. Оно почти полностью повторяет предисловие к первому изданию (декабрь 1850 года), отличаясь от него лишь последним абзацем.]

В предисловии к первому изданию этой книги я говорил, что чувства, которые я испытываю, закончив работу, мешают мне отступить от нее на достаточно большое расстояние и отнестись к своему труду с хладнокровием, какого требуют подобные официальные предварения.

Мой интерес к ней был настолько свеж и силен, а сердце настолько разрывалось меж радостью и скорбью – радостью достижения давно намеченной цели, скорбью разлуки со многими спутниками и товарищами, – что я опасался, как бы не обременить читателя слишком доверительными сообщениями и касающимися только меня одного эмоциями.

Все, что я мог бы сказать о данном повествовании помимо этого, я попытался сказать в нем самом.

Возможно, читателю не слишком любопытно будет узнать, как грустно откладывать перо, когда двухлетняя работа воображения завершена; или что автору чудится, будто он отпускает в сумрачный мир частицу самого себя, когда толпа живых существ, созданных силою его ума, навеки уходит прочь.