Дума про Опанаса; Поэзия

Когда ж проснется ночь над мраморным балконом

И крикнет козодой, крылами трепеща,

Она одна идет к заброшенным колоннам,

Окутанным дождем зеленого плюща…

В аллее голубой, где в серебре тумана

Прозрачен чайных роз тягучий аромат,

Склонившись, ждет ее у синего фонтана

С виолой под плащом смеющийся мулат.

Он будет целовать пугливую креолку,

Когда поют цветы и плачет тишина…

А в облаках, скользя по голубому шелку,

Краями острыми едва шуршит луна…

1915

Пристань

Встает зеленый пар над синевой зыбей,

И небо вдалеке прозрачно-голубое…

И месяц, опьянев от тишины и зноя,

Разорван на куски ударом тонких рей…

Скелеты бригантин, как черные бойцы,

Вонзили копья мачт в лазурную бумагу…

И пурпурный корсар безмолвно точит шпагу,

Чтоб гибель разнести в далекие концы.

В таверне «Синий Бриг» усталый шкипер Пит

Играет грустный вальс на дряхлой мандолине,

А рядом, у стола, в изломанной корзине

Огромный черный кот, оскалившись, храпит…

И юнга, в сон любви безмолвно погружен,

Вдыхает синий дым из жерла черной трубки,

И в кружеве огней мерещатся сквозь сон

Поющий звон серег и пурпурные губки.

И сабли длинные о грязный пол стучат,

И пиво едкое из бочек брызжет в кружки…

А утром медные на них направит пушки

Подплывший к пристани сторожевой фрегат…

1915

Конец Летучего Голландца

Надтреснутых гитар так дребезжащи звуки,

Охрипшая труба закашляла в туман,

И бьют костлявые безжалостные руки

В большой, с узорами, турецкий барабан…

У красной вывески заброшенной таверны,

Где по сырой стене ползет зеленый хмель,

Напившийся матрос горланит ритурнель,

И стих сменяет стих, певучий и неверный…

Струится липкий чад над красным фонарем.

Весь в пятнах от вина передник толстой Марты,

Два пьяных боцмана, бранясь, играют в карты;

На влажной скатерти дрожит в стаканах ром…

Береты моряков обшиты галунами,

На пурпурных плащах в застежке – бирюза.

У бледных девушек зеленые глаза

И белый ряд зубов за красными губами…

Фарфоровый фонарь – прозрачная луна,

В розетке синих туч мерцает утомленно,

Узорчат лунный блеск на синеве затона,

О полусгнивший мол бесшумно бьет волна…

У старой пристани, где глуше пьяниц крик,

Где реже синий дым табачного угара,

Безумный старый бриг Летучего Корсара

Раскрашенными флагами поник.