Военно-эротический роман и другие истории

Вытянулся, докладывает:

– Старший матрос Фунтиков. Арестован на десять суток комендантом гарнизона. Отбываю шестые сутки.

– За что арестован?

– За пьянство и нетактичное поведение в общественном месте.

– Как же это вас угораздило, старший матрос?

– Так получилось.

Уточнять Мартын не стал, чтобы не затягивать смену караула. В глазах сменяемого капитана читались тоска и нетерпение.

– Рядовой Карпов. Арестован за пьянство и дебош в общественном месте.

– Как же это вы, рядовой…

– Так получилось.

Это был универсальный ответ набедокуривших военнослужащих независимо от рода войск.

– Вы выпили бутылку водки в подворотне, отправились на вокзал, где приставали к женщинам, задирая у них юбки. Милиционеров ругали нецензурными словами и оказали сопротивление при задержании военным патрулем. Как вы можете объяснить…

– Так получилось.

Как бы само получилось, а я здесь не при чем.

– Старшина второй статьи Демурджан. Арестован на пятнадцать суток…

Смуглый, аккуратненький, глаза большие, выразительные, смотрит серьезно.

– За пьянство?

– Нет, за блядство.

– Что?!

Усталый капитан, старый начальник караула закивал успокоительно, мол, это не дерзость: так оно и есть. Но Мартын все же спросил:

– То есть, как?

– Я служу на тральщике. Радистом. Командир отделения радистов. Тральщик сейчас в ремонте. Радиорубка – мое заведование.

– Ну и что?

– Ну и я привел девушку. Она жила в радиорубке две недели.

– Как это жила?

– Жила. Еду я приносил с камбуза.

В гальюн ходила в моей робе. Берет тоже мой надевала. Я сделал ей короткую стрижку. Я умею. Радисты обеспечивали. Никого не пускали в гальюн в это время, говорили – ремонт.

– Что вы еще умеете?

– Все. Я умелец. И радист первого класса.

Мартын молчал, обескураженный. Летный капитан только посмеивался: он уже слышал эту историю. И, словно радушный хозяин, угощал ею Мартына.

– И что, за все это вопиющее всего пятнадцать суток? – спросил Мартын.

– Не знаю, – спокойно ответил старшина второй статьи Демурджан.

 – Ко мне приходил военный дознаватель. Может быть, попаду под трибунал. Потому что родители моей девушки искали ее. А у них родственник в милиции какой-то начальник. Так что ее оперативно объявили во всесоюзный розыск. Она в рубке радио слушала, УКВ, услышала про розыск. Испугалась, побежала сдаваться. Без робы, в платье, ее и задержали на КПП.

– По моим скромным прикидкам два года дисбата светит тебе орел, как аэродромный прожектор.