Если ты захочешь все изменить

Потом медленно, словно не веря, произнес:

– Как можно ругать за случившееся чудо? Но, – добавил он, поворачиваясь к Волку, – тебе следовало дважды подумать прежде, чем нападать на мага.

– Он был скован.

– Мало ли что…

– Я видел наручники!

Отец Волка снова оглянулся на Юлию, как будто извинялся и искал подтверждения одновременно.

– Я тоже их видела, – холодно уведомила Юлия. А вот Алиса так до сих пор и не поняла, о каких наручниках они говорят. Егор спокойно двигал руками, ничто ему не мешало. Разве что Волк имеет в виду браслеты, которые очень странно смотрелись на запястьях Егора.

Какие же это наручники?

– Он испугался! – добавил Волк.

– Да, только не тебя, а госпожу графиню, – заметил его отец.

Чего-чего? Он серьезно только что сказал «графиню»?!

И что значит – Егор испугался Юлии? Алиса была уверена, что все это время Юлия боялась брата. Чем же она могла напугать Егора? Ведь это он угрожал ей… Хотя нет, Алиса отчетливо вспомнила, как Юлия пообещала рассказать о Егоре кому-то.

Теперь ясно, что не полиции. Аравелям. Тем, кого Юлия могла увидеть в школе. Интересно, кто из одноклассников Алисы еще из Аравеля? А вдруг она одна во всей школе – местная? Хотя нет, если бы Рафинад знал о том, что Волк – оборотень, наверное, не стал бы задираться. Стоп! О чем она думает? Да ведь теперь это спорный вопрос: местная ли она сама!

– Но это не главное, – жестко продолжил отец Волка. – Граф Аделлан не действует в одиночку. За ним стоят другие… – он не стал говорить, кто эти другие, но даже Алиса понимала, что речь может идти только о темных магах.

 – Даже скованный, он по-прежнему сильный противник в бою. Даже если маг не может вызвать свой меч – это не значит, что он не опасен. У графа есть страница Темной книги, кто знает, какую мощь она дала ему! Тебя могли убить.

– Я могу постоять за себя. Или твоя учеба ничего не стоит?

– Опасности подвергался не только ты! – повысив голос, бросил ему отец. Волк замолчал и больше уже не проронил ни слова.

Алисе показалось, он побледнел.

– Это нечестно, вы сами сказали, что нельзя ругать за чудо, – сказала Алиса.

Отец Волка склонил голову, признавая ее правоту. Но, кажется, Волку такое заступничество пришлось не по вкусу. Его отец сказал Юлии:

– Вам следовало открыть свое присутствие старейшинам.

– Чтобы каждый раз слышать напоминания о том, что я сестра своего брата? – резко спросила тетя и тут же замолчала, как будто фраза вырвалась против ее воли.