Сердце, молчи

– Что здесь происходит?

На пороге в одних шортах стоял Черных. Хмурый, сонный и невероятно злой.

Парни резко выпрямились.

– Анна Георгиевна купалась в океане, и ей внезапно стало плохо. Думаю, её ужалила медуза, – ответил охранник, который встретил меня сегодня на пирсе. Кажется, его звали Артём.

Боже, как же меня угораздило так вляпаться?

Ян Кириллович провёл рукой по лицу, смахивая остатки сна, и подошёл ближе.

– Вы дотрагивались до раны?

– Нет.

– Хорошо. Принесите пару литров морской воды.

– А зачем? – часто дыша, спросила.

– Будем её промывать. Пресную воду использовать нельзя, она сильнее может разнести яд.

– А вы уверены, что это была медуза? Может, меня что-то другое укусило?

– Уверен. Посмотрите внимательнее. Видите эту слизистую? Это кусочек щупальца медузы, и она до сих пор ядовита, так что необходимо как можно скорее от него избавиться и продезинфицировать рану.

Артём принёс кастрюлю с водой и поставил рядом на барную стойку.

– Сильно болит?

Ян находился так близко, что я вновь почувствовала его клубничное дыхание.

А ещё отчётливо поняла, что меня очень волнует этот мужчина, особенно его прямой взгляд и хриплый голос, в котором проскользнула забота, когда он задавал вопрос.

– Анна?

– Немного болит.

Соврала. Отчего-то захотелось, чтобы он видел перед собой сильную женщину, а не сопливую размазню.

– Это единственный укус?

– Нет.

– Неужели я должен выпытывать из вас ответы?

Смотря каким способом.

– Ещё в боку жжёт, но не так сильно, – ответила, опустив взгляд, и зависла, заворожено глядя на его ладонь, что легко сжимала моё колено.

Его загорелая рука сильно контрастировала на фоне моей светлой кожи, и это было так красиво…

– Это потому, что ткань смягчила укус, но купальник всё равно придется снять.

Чего-о?

Черных повернул голову к охранникам.

– Оставьте нас.

И по мере того, как удалялись парни, моя паника нарастала. Я сильно сжала колени вместе и выпрямила спину.

– Ян Кириллович, объясните, что мне необходимо сделать, и я сама…

– Раздвиньте ноги, Анна.

– Не раздвину.

– Несколько минут назад вашу рану без проблем разглядывали двое посторонних мужчин. Почему я не могу? Что сейчас изменилось?

Что изменилось? Не знаю. Наверное, воздух. Да. Он мгновенно пропитался тобой, и тебя вдруг стало так много. Ты не только передо мной, ты везде, вокруг, обволакиваешь меня своей дикой, такой бешеной энергией. А ещё мы остались вдвоём.