Сердце, молчи

Он встал, помог мне выйти из ванны и потянул в сторону мраморного широкого пьедестала, который напоминал турецкий хамам. Усадил на его край и широко, до упора, раздвинул мои бёдра. Мышцы невыносимо заныли от непривычной позы.

– Ляг на спину, сладкая.

Когда кожа коснулась прохладной гладкой поверхности, Ян подтянул меня ближе, согнул мои ноги в коленях и резко, без какой-либо прелюдии, вошёл. Изогнулась в пояснице, позволяя ему наполнять себя снова и снова, насколько это было возможно.

Глубоко, быстро, дико… Насаживал на себя, не щадя, оставляя синяки на бёдрах, и мне так безумно нравилась его грубая сила.

Его бешеная энергетика заполнила каждый уголок комнаты, впиталась в мою кожу, обжигала изнутри, вознося к тем самым далёким звёздам, на которые я сейчас глядела. Ещё чуть-чуть – и я их коснусь… Пальцы ног свело болезненной судорогой, а следом цунами всепоглощающего оргазма стёрло все ненужные мысли и ощущения, оставляя лишь острое наслаждение, граничащее с сумасшествием. Ускорив темп, с громким стоном Ян упал на меня, вдавливаясь тяжёлым весом, и спустя несколько рваных толчков замер.

Звёзды по-прежнему ярко сияли, когда он крепко обнял и, уткнувшись в мою грудь, тихим, низким голосом пробормотал:

– Останься, Анна.

Слабо улыбнулась, с трудом восстанавливая дыхание.

– Куда же я денусь? Ты меня так сильно придавил, что я не в состоянии даже пошевелиться.

Он приподнялся и перевёл вес на локти. Только легче от этого не стало. Наоборот, лучше бы продолжал на мне лежать.

Неудобно, да, но зато как приятно. Приятно чувствовать его запах, касание тёплой, гладкой кожи или горячего дыхания на губах…

Мы долго смотрели друг другу в глаза. И я снова невольно сравнила его с уставшим диким зверем. То ли тусклое мерцание настенных ламп, имитирующих огненные факелы, то ли еле уловимая тень, мельком пробежавшая на худощавом лице, придавали Яну хищный вид.

Он медленно покачал головой, не спуская с меня тёмного взгляда.

– Ты не поняла.

Я предлагаю тебе остаться на несколько дней дольше.

Сердце ёкнуло, отдавая оглушительным шумом в ушах.

– Не улетай завтра.

А в горле застрял огромный клубок из непонимания происходящего, лёгкого шока и маленькой, очень-очень маленькой эйфории.

– Я не могу, Ян.

– Можешь.

– Нет. Не могу.

– Ты уже переступила черту. В чём проблема?

– Всё не так просто…

– Разве?

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

– Я хочу в душ.