Я буду любить за двоих

Очень мягко! – Я ценю в своих сотрудниках ум, целеустремлённость и… честность, – я перестала дышать. – Вы находитесь в моём кабинете двадцать минут и за это короткое время как минимум два раза солгали мне. Мы оба прекрасно знаем причину, по которой отсутствует господин Ворошилов. И отсутствует он не пару дней, как вы мне сообщили, а более недели.

Тогда почему спрашиваешь, раз знаешь?

– Простите? Вы что-то сказали?

Упс!

– Я… я ничего не сказала. Вам послышалось. Я просто хотела спросить, откуда вам известно о… м-м-м… недомогании Олега Эдуардовича, – я категорически не хотела называть ситуацию своими словами.

Мне казалось, что я предам своего босса, если хотя бы заикнусь о его запое.

Он не спускал с меня взгляд. На секунду мне показалось, что он размышляет, отвечать на мой вопрос или проигнорировать его.

– Это, – его ладонь ложится поверх документа, – не просто очередной контракт на поставку нефти. Это деньги, большие деньги. Речь идет о соглашении между Russian Oil и КНР, страной, в которой спрос на нефть растет на 20 % в год.

Данный контракт заключается в предположении, что экономика Китая будет продолжать расти. Срок действия контракта – четыре года, это огромный срок. Мы обязуемся поставлять нефть в срок, в противном случае Russian Oil понесёт убытки. Вы хотите, чтобы мы понесли убытки?

Я помотала головой.

– Я тоже не хочу. Контракт, который вы мне сегодня принесли, является самоубийством для Russian Oil.

– Я не понимаю, Александр Владимирович.

– Две недели назад на нашей нефтяной платформе в Северном море произошла авария, добыча нефти была приостановлена. На данном этапе мы не в состоянии предоставить объем сырья, который указан в контракте.

– Я не знала про аварию, – прошептала я.

– Знают немногие, мы стараемся всеми силами, чтобы эта информация не просочилась в прессу.

– Разве у нас нет запасов нефти?

– Учитывая увеличение объемов мировой торговли, которое приводит к росту спроса на горючее, все, что мы добываем, тут же уходит на реализацию.

У нас есть запасы, но они не покроют и третью часть объёма, который указан в контракте. Изначально расчеты были сделаны, учитывая средний объём добычи нефти на платформе в Северном море.

– Но у нас есть и другие источники, не так ли? Почему мы не можем просто произвести поставку нефти из других источников?

– Нефть, которую мы добываем из других источников, не является маркой «брент», а Китай хочет именно ее.