Все любят лис. Каждый любит лис по-своему

Бежать к лисам было нельзя. Пришлось скрываться.

Кажется, пес совсем не знал усталости. Массивные лапы ловко подпрыгивали от земли, быстрее ускоряясь. Лиса бежала. Холодный воздух резал горло, дышать было невозможно. Хаги прыгнула за небольшой снежный холмик, прямо в кусты, чтобы отдышаться.

Хруст снега. Пес остановился, ища след лисицы. Через минуту послышались человеческие шаги.

– Ну, что, Баффи, ищи след! Она не могла так просто исчезнуть.

Пес принюхивался к следам, рычал, медленно двигался к тем кустам, за которыми дрожала лисица.

Солнце почти зашло. Хаги чувствовала запах псины, приближающийся с каждым шагом. Алан посмотрел на лисьи следы на снегу. Он медленно, стараясь не шуметь, наставил ружье на куст.

– Она там, Баффи! – выкрикнул парень. Пес кинулся на лисицу, задев острыми зубами лапу.

Лисица укусила собаку за нос, пес протяжно заскулил. Хаги выпрыгнула из кустов и, чуть прихрамывая, бросилась бежать.

– Держи, ее, Баффи! Держи! – кричал вдогонку Алан, выстреливая.

Черный монстр не отставал. Он еще больше рассвирепел из-за укуса и теперь точно не желал упустить добычу. Где-то вдалеке слышался человеческий голос, он звал своего пса, подбадривал его.

Резкая боль в лапе заставила Хаги бежать медленнее. Сочилась кровь, оставляя дополнительный след на снегу. И теперь куда бы не побежала лисица, пес нашел бы ее. Хаги забежала за старое толстое дерево, чтобы зализать рану.

Снова послышался хруст снега. Пес приближался. Лисица уже не могла бежать, сил совсем не оставалось.

Боль проникала во все ее тело, заставляя выть. Но бежать Хаги уже не было смысла. Солнце скрылось за горизонтом. Лисица зашипела. Медленно ее тело становилось больше, лысело и искривлялось. Лапы удлинялись, открывая чуть розоватую кожу. Каждый день Хаги терпела такие изменение, словно тысячи острых ножей разом воткнулись во все ее тело, не оставляя свободного места.

Лисья морда округлялась, превращаясь в человеческое лицо. Шкура животного постепенно отделялась от тела, оставаясь обычной накидкой из лисьего меха.

И только хвост остался таким, как и прежде. Пес хотел наброситься на свою жертву, но от изумления даже собака не могла дернуться. Алан подходил ближе.

Чтобы из лисицы превратиться в человека достаточно было минуты. Но за эту минуту Хаги испытывала такую боль, словно ее мучили целый год.

– Баффи, ты чего? – спросил парень и заглянул за дерево.

Перед ним сидела худенькая молодая девушка, укрывшаяся шкурой лисы.