Второго дубля не будет. Комедия положений

Тут чиновник оторвался от писания и впервые глянул и на меня, а не только на мою справку.

– Подумаешь, пусть помадой покрасит, – ответил он.

С этим я и уехала, передав Пикаеву свои результаты, полученные с Геной.

В следующий мой приезд я прошла в комнату знакомиться с народом и спросила мнение Пикаева о моей работе.

– А что, нужно измерить константы и писать диссертацию, – последовал ответ. Я и начала измерять константы скорости реакций промежуточных продуктов радиолиза матрицы с моими веществами, вот как это называлось.

Компьютер подчеркнул мне красным слово радиолиз. Он прав, не будем углубляться в эту тему, она для узкого круга.

К нам приехал Сашка Ярош расписать пулю, мы сидели в отдельной комнате, закрыв двери, а мои дети паслись где-то в двух других.

Вдруг раздался топот, как будто стадо бизонов летело по коридору. Дверь распахнулась. В комнату влетела Катя. Прошмыгнула мимо нас и бросилась на софу, в угол, спасаясь от мчавшегося за ней с криком диких индейцев брата.

Сережка кинулся на успевшую перевернуться на спину сестру, вспрыгнул на нее, в воздухе сверкнули тонкие ножки со сползшими колготками.

Катя протянула руки и легонько, как-то не спеша, как будто не на нее совершалось нападение, пощекотала болтающиеся в воздухе пятки. Сергей взвизгнул, еще выше взметнул ноги, перевернулся в воздухе, слетел с дивана и ринулся обратно, за дверь.

Катя вскочила и с топотом исчезла. Действие заняло не более минуты. В наступившей тишине я перевела дух, раздумывая, идти проводить воспитательную работу или продолжить игру.

– Да-а, а вот у нас такого нет, – завистливо сказал Сашка, и я осталась.

Не всегда всё кончалось так мирно.

Недавно встретила Надежду Панфилович, и она вспоминала:

– Твои дети произвели на меня неизгладимое впечатление с самой первой встречи.

Они подрались, Сережка укусил Катю за ногу до крови, а Катерина шибанула его и разбила нос. До сих пор эта кровавая разборка у меня перед глазами. А сколько времени прошло? Считать не хочется, но сейчас мои внуки старше, чем дети были тогда.

В декабре Алешка отвез бабушку в Батуми на новую квартиру и помог там маме с ремонтом, оклеил обоями комнату. Я купила по случаю розовые обои, которые мне не очень-то нравились, и сменила их на бежевые (которые Гамлет донес), а розовые отдала и имела возможность любоваться на них все годы, пока ездила в Батуми. В 98-ом году я продавала эту квартиру с этими самыми розовыми обоями, заметно выгоревшими.