Ириска на счастье

Первым делом отдал карты медсестре и объяснил, когда и что нужно сделать. Потом пошел уточнить график операций на эту неделю. Я остановился в холле, по телевизору шел репортаж о жизни нашего города. Как раз выступал мер. Он решил не оставаться еще на один срок, а предложил депутатам несколько кандидатур на свой пост.

Краем глаза заметил знакомую фигурку, которая остановилась с другой стороны просторного помещения. Я повернулся к ней, чтобы сказать «Привет», но взглянув в ее белое, как полотно лицо, понял, что она сейчас грохнется без чувств.

На лице застыло выражение ужаса, глаза остекленели. На грани реальности почувствовал ее страх и кинулся к ней, а Наина оседала на пол. Успел подхватить ее и вместе с ней сел на ковер.

– Наина, – позвал ее, окутывая своими руками. – Наина!

Девушка не реагировала. Вообще. Стал стекаться медперсонал. С разных сторон раздались охи-вздохи. Стоят и глазеют, и ничего не предпринимают. А я ощущаю мелкую дрожь хрупкого тельца, и сам с собой борюсь, чтобы не сорваться.

Держу ее, а в глубине души понимаю, что не отпущу никогда, ни за что.

– Светлана Сергеевна, готовьте отдельную палату, – дал распоряжение я близь стоящей медсестре. – Вера Федоровна, пару кубиков успокоительного. Быстро!

Уже через пару минут Наине был сделан укол, а Светлана Сергеевна приготовила отдельные апартаменты. Я поднялся с пола, продолжая удерживать свою ношу на руках, отметил, что пакетик, который она несла, упал, и все содержимое рассыпалось по полу. Эти фрукты я сам оставил на ее прикроватной тумбе, желая поддержать ее и сказать, что здесь о ней позаботятся.

– Все, спектакль окончен. Человеку плохо стало, но уже все под контролем. Можете расходиться, – строго сказал я окружающим и направился за медсестрой. – Светлана Сергеевна, вещи Беловой из пятнадцатой палаты перенесите, пожалуйста, на новое место пребывания.

– Конечно, Тимур Семенович, – откликнулась женщина лет сорока семи. – А что с ней произошло?

– Скорее всего, воскрешение памяти. Такое бывает, когда человек резко и неожиданно что-нибудь вспоминает, – отозвался я на интерес своего работника, осторожно прижимая Наину к себе.

Медсестра распахнула передо мной дверь. Я внес несопротивляющееся тело своей подопечной и уложил на кровать. Наина продолжала смотреть в пустоту стеклянным взглядом зеленых глаз. Провел рукой по ее голове, пропуская выбившуюся прядь каштановых волос сквозь пальцы. Ни какой реакции.

– Наина, – снова позвал ее, немного встряхнул. Ничего.