Обольститель Колобашкин

Пятьдесят семь процентов браков заключается на почве совместной работы, так сказать, совместная работа влечет к более тесному соавторству. Семнадцать процентов на турбазах, в санаториях и в иных местах массового отдыха. Два процента – во время случайных встреч… И еще что-то… Какие разнообразные возможности открываются после двадцати трех лет.

Надо заняться собой. Вот займусь собой и уж обязательно выйду замуж в местах массового отдыха. А что, если махнуть в Дом ученых – на юбилей? Получится старая история: буду сидеть и молчать и портить всем настроение.

Как верно говорил сегодня этот молодой человек. Смешной какой! Нет, надо все-таки заняться собой. Да уж конечно! Вот закончу последнюю работу и тогда обязательно займусь собой. Или даже не так: сделаю сообщение в университете, последнюю работу, и уж тогда наверняка займусь собой. Или даже не так: сделаю сообщение в университете, потом последнюю работу, потом закончу докторскую, потом сделаю еще и то-то и то-то, а затем еще и то-то, и то-то, и то-то, и то-то… Затем я умру – и уж тогда обязательно займусь собой.

Кафе «Фиалка». За столиком – Ивчиков и Колобашкин.

Разговаривают.

В квартире Киры Ивановны. Кира готовится к вечеру в Доме ученых. Она приносит много чулок, тщетно пытается составить из них пару. Потом начинает причесываться. На голове у нее появляется чудовищное сооружение. В конце концов она обычно гладко зачесывает волосы и надевает свою обычную старушечью кофточку. Смотрится в зеркало. Зло смеется и выходит из комнаты.

В кафе «Фиалка».

Колобашкин(ставит на стол бутылку). Заметь, я не пью, ибо разговор наш важнейший. Значит, ты вправду сочинитель? Ложь моя, как говорится, в руку?

Ивчиков(изумленно глядит на Колобашкина). Вы что-то перепутали?

Колобашкин. Только усы ты мне не закручивай. Я так рад, что ты сочиняешь о Доброте и любишь Доброту. Это очень важно для меня. Ну, давай рассказывай с подробностями. Про какую там добрую ЕЕ… которая в платке ходит… ты сочиняешь?

Ивчиков.

А-а… (Изумленно.) Так вы имеете в виду добрую Февронью! А откуда вы об этом узнали?

Колобашкин. Я, милок, все узнаю. Ну что это за Фигония такая?

Ивчиков. Это прекрасная, добрая дева Феврония.

Колобашкин. Дева?!

Ивчиков. Если вас это заинтересовало, я расскажу. Существует рукопись четырнадцатого века «Сказание о Ферапонтовом монастыре». О ней написано много работ. А надо вам сказать, что сие «Сказание» находится у нас в архиве.