Обольститель Колобашкин

Колобашкин(закончил съемку, чуть подмигнул Зенину в сторону Лиды). Ничего, да?

Зенин. Очень, очень.

Колобашкин(шепотом). Вы о Лидочке или о Кире Ивановне?

Зенин. Ну что вы, я не воспринимаю Киру Ивановну в этом качестве. Странная вещь. Я могу увлечься любой лаборанткой, но Кира Ивановна… (Заходил по лаборатории.)

Лида(Кире, кивнув на Зенина и Колобашкина). Это что за мальчики?.. И как он на ноги мне зыркнул. А ноги у меня правда красивые. Я свою силу знаю.

Кира. А теперь постарайтесь молча подготовить к опыту вашего знакомого.

Лида(подходит к Ивчикову). Давайте опутываться. (Опутывает его проводами). Ну, как там, в архиве? Небось все экскурсии водите? Малинкина родила, я слыхала. А здесь работа ничего. И оклад повыше. Людей разных видишь. Вчера поп пришел… Мы его гипнотизировали. А во вторник – дояр.

Зенин(расхаживая по лаборатории. Напевает). Тим-пиритим-тим…

Кира(усмехнувшись, себе). Томится, бедный. Я думала о нем получше. Значит, столп науки попросту пришел сфотографироваться и заодно посмотреть на ноги очередной лаборантки.

Что делать? У него поздняя молодость. Теперь ему пора удаляться. Но как это сделать поприличнее? Как?

Зенин расхаживает.

Не будем моралистами. Мы учились по его учебникам, мы поклонялись ему когда-то, мы ему поможем. (Зенину.) Вениамин Александрович! Опыт немного нервный, если вы…

Зенин(торопливо). Д-да. Я, пожалуй, пойду. Так, бесспорно, будет для вас спокойнее. (Уходя) Чудесно… чудесно, я надеюсь, милая, увидеть вас сегодня в Доме ученых.

(Колобагикину) До вечера, дорогой. (Уходит)

Кира(себе). И он ушел ради меня.

Колобашкин(Кире). Сегодня – пасмурная? Много неприятностей?

Кира. Нет. Обычное количество.

Колобашкин. У меня, знаете, есть друг, Черепайло Михаил, так он тоже всегда во власти неприятностей. (В процессе болтовни несколько раз «щелкает» Ивчикова и Киру) Тысячи неприятностей на день. Дело дошло до того, что, если нет неприятностей, Михаил спать не ложится. Как-то прихожу я к нему среди ночи – не спит.

Что такое, спрашиваю. «Не могу заснуть, – отвечает Мишутка. – Не было еще неприятностей. Вот лежу поджидаю». Так, знаете, до утра пролежал. Ну, утром с ним инсульт приключился. И сразу успокоился. Теперь, говорит, Серафимчик, все у меня хорошо. Теперь и заснуть можно.

Кира. Если вы еще раз вздумаете фотографировать без моего разрешения…

Колобашкин. У меня есть фантазия. Я догадался. Двадцатый век – дураков нет!

Кира(усаживаясь рядом с Ивчиковым).