Полное собрание стихотворений

Сгорело бы небо в зарницах

При первом решительном знаке,

И рухнула в бездну скала бы

При первом решительном стуке…

– Но, если б вы знали, как слабы

У розовой юности руки.

Полночь

Снова стрелки обежали целый круг:

Для кого-то много счастья позади.

Подымается с мольбою сколько рук!

Сколько писем прижимается к груди!

Где-то кормчий наклоняется к рулю,

Кто-то бредит о короне и жезле,

Чьи-то губы прошептали: “не люблю”,

Чьи-то локоны запутались в петле.

Где-то свищут, где-то рыщут по кустам,

Где-то пленнику приснились палачи,

Там, в ночи, кого-то душат, там

Зажигаются кому-то три свечи.

Там, над капищем безумья и грехов,

Собирается великая гроза,

И над томиком излюбленных стихов

Чьи-то юные печалятся глаза.

Неразлучной в дорогу

Стоишь у двери с саквояжем.

Какая грусть в лице твоем!

Пока не поздно, хочешь, скажем

В последний раз стихи вдвоем.

Пусть повторяет общий голос

Доныне общие слова,

Но сердце на два раскололось.

И общий путь – на разных два.

Пока не поздно, над роялем,

Как встарь, головку опусти.

Двойным улыбкам и печалям

Споем последнее прости.

Пора! завязаны картонки,

В ремни давно затянут плед…

Храни Господь твой голос звонкий

И мудрый ум в шестнадцать лет!

Когда над лесом и над полем

Все небеса замрут в звездах,

Две неразлучных к разным долям

Помчатся в разных поездах.

Бонапартисты

Длинные кудри склонила к земле,

Словно вдова молчаливо.

Вспомнилось, – там, на гранитной скале,

Тоже плакучая ива.

Бедная ива казалась сестрой

Царскому пленнику в клетке,

И улыбался плененный герой,

Гладя пушистые ветки.

День Аустерлица – обман, волшебство,

Легкая пена прилива…

“Помните, там на могиле Его

Тоже плакучая ива.

С раннего детства я – сплю и не сплю —

Вижу гранитные глыбы”.

“Любите? Знаете?” – “Знаю! Люблю!”

“С Ним в заточенье пошли бы?”

“За Императора – сердце и кровь,

Все – за святые знамена!”

Так началась роковая любовь

Именем Наполеона.

Конькобежцы

Асе и Борису

Башлык откинула на плечи:

Смешно кататься в башлыке!

Смеется, – разве на катке

Бывают роковые встречи?

Смеясь над “встречей роковой”,

Светло сверкают два алмаза,

Два широко раскрытых глаза

Из-под опушки меховой.