12 великих пьес

Их отрицать

Не в состоянье вы! Итак, признайтесь,

Зачем так ясно высказали вы

Свою любовь и приказали мне

Являться к вам с улыбкой неизменной,

С подвязками, завязанными накрест,

Обутым в желтые чулки? Зачем

Вы приказали обращаться гордо

С прислугой, с сэром Тоби? И когда

Я все с покорной выполнял надеждой,

Зачем велели вы меня схватить,

Замкнули в тьму, прислали мне попа

И сделали шутом и дураком

Глупейшим, над которым все смеялись?

Скажите мне, зачем?

Оливия

Ах, мой любезный!

Ведь это не моя рука, хоть точно

С моею очень сходна.

Письмо написано Марией. И теперь

Припоминаю я: она сказала

Мне первая, что ты сошел с ума;

Потом явился ты с своей улыбкой,

В чулках, расхваленных в твоем письме.

Но успокойся же: с тобой сыграли

Презлую шутку, и когда откроем

Зачинщиков, в своем же деле

Ты будешь и судьею, и истцом.

Фабиан

Графиня, час столь светлый и благой,

Блестящий радостью, пусть не мрачат

Ни жалоба, ни будущая ссора

С таким желаньем сознаюсь я смело,

Что выдумали это я и Тоби

Против Мальволио, чтоб проучить

Его за грубость обращенья.

Нам надоел. Письмо написано Марией

По настоянью сэра Тоби: он

Посватался к ней за то в награду.

Но в шутке злой веселости так много,

Что, право, смех ей более к лицу,

Чем мщение; к тому ж и оскорблений

Зачтется поровну для каждой стороны.

Оливия.

Шут. Да, «одни родятся великими, другие приобретают величие, а иным его бросают». Играл и я роль в этой комедии, милостивые государи, роль некого отца Спиридона. Да, впрочем, все равно. «Ей-богу, дурак, я не сумасшедший»! Да помните ли вы еще? «Я удивляюсь, ваше сиятельство, как вы можете находить удовольствие в шутках такого бездарного мерзавца: если вы не смеетесь, так у него рот зашит». Так-то колесо времени приносит свое возмездие.

Мальволио. Я отомщу всей вашей шайке! (Уходит.)

Оливия. Ах, как над ним жестоко насмеялись!

Герцог

Догнать его, уговорить на мир,

Он должен рассказать о капитане.

Когда узнаем все, для нас наступит

Златое время сочетанья душ

На брачном торжестве. А между тем

Я остаюсь у вас в гостях, сестрица.

Цезарио, пойдем! Ты будешь им,

Пока ты муж: перемени костюм —

И будь любви моей царица!

Все уходят.