12 великих пьес

Я человек с самым странным устройством души: иногда меня только и занимают маскарады да поездки.

Сэр Тоби. Неужели ты годен на эти дурачества?

Сэр Эндрю. Да, так же, как и всякий другой в Иллирии, будь он кто угодно, лишь бы не был знатнее меня; а со старшими я сравнивать себя не хочу.

Сэр Тоби. Зачем же скрываются эти таланты? Зачем завеса опущена пред этими дарами? Или, может быть, ты боишься, чтоб они не запылились, как картины миссис Малл? Почему ты не идешь в театр галопом и не возвращаешься вприсядку? Я на твоем месте не ходил бы иначе, как a pas de rigaudon[9 - Ригодоновым шагом (фр.

). Ригодон – старинный французский танец.]. Что с тобой сделалось? Разве нынешний свет таков, чтоб держать под спудом свои добродетели? Глядя на прекрасное устройство твоих ног, я всегда думал, что ты родился под галопирующею звездою.

Сэр Эндрю. Да, нога мощная, и в чулке розового цвета недурна. Не приняться ли за стаканы?

Сэр Тоби. А что нам больше делать? Разве мы не родились под созвездием Козерога?

Сэр Эндрю.

Козерога? Это знаменует толчки и драку.

Сэр Тоби. Нет, дружище, это означает прыжки и пляску. Ну покажи свои скачки, валяй! Выше! Эге, чудесно!

Уходят.

Сцена четвертая

Комната во дворце герцога.

Входят Валентин и Виола в мужском платье.

Валентин. Если герцог всегда будет так милостив, Цезарио, так вы далеко пойдете: всего три дня, как вас знает, – и вы уже не чужой.

Виола. Вы опасаетесь или непостоянства с его стороны, или небрежности с моей, если сомневаетесь в продолжении его благосклонности. Что, он непостоянен в своих милостях?

Валентин. Нет, нисколько.

Входят герцог, Курио и свита.

Виола

Благодарю, но вот и его светлость.

Герцог

Скажите, где Цезарио? Где он?

Виола

Я здесь, к услугам вашим, государь.

Герцог(свите).

Вы все пока постойте в стороне.

Цезарио, ты знаешь все: тебе

Я в книге сердца моего открыл

Страницы глубочайших тайн.

Беги,

Лети к ней, милый друг, не принимай

Отказов никаких, стой у дверей, скажи,

Что корни в пол нога твоя пустила,

Что не уйдешь, пока ее ты не увидишь!

Виола

Однако ж, государь, когда тоске

Она действительно так предалась,

Как говорят, – она меня не впустит.

Герцог

Шуми, быть дерзким лучше, чем оставить

Без исполнения твое посольство.