Ничей

В парламент он, впрочем, попал не из казино, а как член патриотического блока с крайне резкими лозунгами. Место работы, согласно трудовой книжке, Шмоткин в рамках подготовки к выборам вовремя сменил на контору по оказанию бесплатной юридической помощи. Будущие мандаты в том блоке распродавал, то есть, распределял будущий депутат Жуликов, которому такое право, если верить слухам, купил его брат – хозяин большого вещевого рынка. Блок затем начал стремительно рассыпаться. Жуликов по соглашению сторон успел получить местечко вице-спикера и очутился в «Ядрёной России», прежде оговорив сохранение за собой этой хлебной должности.

А вот Авдей Юрьевич, ко всеобщему изумлению, всплыл не где-то, а в рядах фракции «Коммунисты и беспартийные». Там он начал направо и налево поносить правящий режим с классовых позиций – не трогая, правда, губернатора с президентом.

С Жуликовым этот «новый левый» спустя короткое время расплевался. Наскоки нашего активного Сергея Федосеевича на игорный бизнес Шмоткин принял почему-то очень близко к сердцу, хотя согласно декларации свою долю в «Страусе» давно продал.

Два бывших патриота крайне жестко пикировались на пленарных заседаниях, где Шмоткин последовательно обличал правовой нигилизм и волюнтаризм Жуликова. Возникшие между ними споры чуть не привели к разбирательству об оскорблении в общественном месте. Мирил двух депутатов, отговаривая их от суда, сам Хрюшников. Пока мирились и остывали от дебатов, Авдей Юрьевич заявился на комиссию по этике и морали с пневматическим пистолетом и взялся перезаряжать его на глазах у оторопевших парламентариев. После дружеских увещеваний он всё-таки спрятал ствол в наплечную кобуру.

– Как дела, Авдей Юрьевич? – спросил я, пытаясь на глаз определить, при нем ли оружие.

– Да вот, опять особое мнение готовлю по игорным заведениям, – ответил Шмоткин. – Нельзя там сплеча рубить.

– А что во фракции говорят? Поддерживают? – осведомился я.

– А что мне фракция? – вопросом на вопрос отозвался депутат.

 – Я вообще-то сам ее хочу возглавить.

Я малость опешил. Для наших провинциальных большевиков это было бы чересчур.

– Обком не возражает?

– Я с Кобяковым уже почти согласовал. Куда он денется, обком этот.

– С вице-губернатором?

– Ну да.

«Низко пала передовая партия», – подумал я.

– Говорят, на тебя Жуликов наехал? – спросил Шмоткин.

– Как наехал, так и отъедет, – спокойно сказал я. – Не надо людей кидать.

Шмоткин пожевал губами.