Сонная ночь

Ника, выросшая в детском доме, не понимала, как может Соня так мало общаться со своим отцом.

– Он же тебя не бросил, – качала она головой, – могла бы и почаще ему звонить.

– Нам хватает, – отмахивалась девушка, и это отчасти было правдой.

Тихий скрип двери заставил всех буквально замереть на месте. Высокая стройная девушка с надменным лицом, но с печатью праведности, вышла из аудитории. Невозможно было понять, сдала или не сдала староста экзамен.

– Ну что, ну что? – тут же подбежала свита, с обожанием глядя на своего предводителя.

– Все отлично, как еще может быть? – она прошествовала в конец коридора и заняла выжидательную позицию. Она никогда не уходила после экзамена, пока весь поток не пройдет через кабинет. После с отчетом шла на кафедру. Надя очень добросовестно относилась к обязанностям старосты.

После первопроходца дело пошло бодрее, но с разными результатами. Кто выходил от Петра Алексеевича веселым, кто смущенным, некоторые и вовсе заплаканными. Но, что там происходило и что спрашивали, невозможно было узнать ни от кого.

Но безусловно на сегодняшний день у всех точно спадал груз с плеч.

Наконец, настала очередь Сони. Ни минуты не мешкая, чтобы не передумать, она быстро открыла дверь и бодрым шагом прошествовала к столу профессора.

– Ну, София, – низкий насмешливый голос Петра Алексеевича бодрости поубавил, – тяните билет.

Девушка на одном дыхании протянула руку и вытащила заветный билет. Дыхание пошло ровнее, дрожь унималась. Соня наконец успокоилась.

Не так страшно все оказалось, и билет неплох. На пару вспомогательных вопросов она, наверное, не сможет ответить, но и на отлично девушка не претендовала.

После получасового обстрела вопросами, Петр Алексеевич что-то неразборчивое пробубнил и протянул зачетку Соне.

Та, не глядя внутрь, поспешно покинула поле битвы.

– Ну, как? – просвистело в ушах. Ника нависала над подругой, грозясь навалиться сверху.

Соня открыла зачетку и вздохнула с облегчением.

«Хорошо» было выведено корявым почерком.

– Молоток! – хлопнула подругу по плечу Ника, – осталось дело за мной.

– Я на улице подожду, не могу здесь больше находиться.

Летний день стал ярче и приятнее, стоило Соне выбежать на улицу. Стайки первокурсников гнездились на лавочках, нелепые и смешные. «Когда-то и мы такими были», – хмыкнула Соня и достала телефон.

– У меня был экзамен, – говорила она в трубку, щурясь от яркого солнца, – да забыла сказать.