Стая

Порой, не зная, как остановить внезапное многословие Агатия, он, увещевал его одной и той же фразой «Ты потерпи, Бог даст». Агатию же казалось, что старец просто не хочет его слушать, и надолго замыкал уста.

Шли месяцы. Однажды, пробудившись среди ночи, Савва услышал плач за тоненькой перегородкой, отделявшей его крохотную спальню от прихожей.

– Что случилось, милый? – спросил старец, выходя в ночном к Агатию. – Отчего не спишь? Ночь на дворе.

– Не могу, отче! – рыдая, ответил юноша.

 – Сволочь я, сволочь последняя!..

Старец присел на сундучок напротив парня.

– Не томи себя, сынок, поведай мне кручину. Видит Бог, твои слова останутся между нами.

Агатий несколько утишился и внимательно посмотрел в глаза старцу. В его взгляде было столько глубины и решимости взлететь в небо и одновременно упасть в пропасть, что это смутило даже Савву, повидавшего на своём веку многие проявления человеческого духа.

Старец выдержал взгляд и добавил:

– Ты можешь не говорить, но кручина останется при тебе и будет мучить тебя день и ночь.

Агатий встрепенулся после слов старца и долго не мог сосредоточиться. Наконец он набрался внутренней решимости и распахнул перед Саввой свою главную душевную рану.

– Отче, в прошлый раз я вам сказывал не всё…

И келейник поведал наставнику об институтской клятве «Но пасаран», данной курсом на следующий день после разгрома. То была клятва вечного товарищества, клятва до гроба.

Два самых близких Агатию человека, весельчак Гари и любимая Светка, прошли через ОМОНовский обезьянник и, выйдя через две недели на свободу, задыхаясь от пережитого, решили свести счёты с жизнью. Они сообщили о своём решении Агатию, не понуждая его присоединиться к ним. Агатий оказался на распутье. В отличие от товарищей, не имея внутреннего убеждения в безальтернативности суицида, он тем не менее решил идти до конца.

О, юность! Беспечна твоя живительная сила! Как она неприкаянна и губительна в порыве внутреннего восторга! Зло раскачивает нас, как маятник, пробует на крепость крепление к телу житейской рукояти.

Добро же всё время пытается вернуть маятник в точку равновесия, ведь только из этого положения мы можем спокойно и внимательно разглядеть окружающий мир, осознать происходящие с нами события и принять правильное решение. Увы, зло коварно и непредсказуемо. В этом его временная сила.