Ключ – это Солнце

Как он умудрялся находить, что ему нужно, просто не знаю. А еще там стоял необыкновенный запах, такой встречается в антикварных магазинах или в огромной библиотеке. Это запах чего-то нового – открытий, знаний, увлечений, приключений.

Мы сели на диван, а дядя Саша сел напротив, в кресло. Воцарилось молчание. Мы будто разглядывали друг друга, изучали. Нарушила молчание Изида, которая решила взять бразды правления в свои руки.

– Александр, разрешите вам представить мою дочь Валерию (ох, вы ее уже знаете!) и ее подругу, которая мне тоже, как дочь, Елену.

Дядя Саша прямо подскочил с кресла с извинениями.

– Простите, я просто засмотрелся на вас. Такие юные, такие красивейшие девочки. Я вас помню еще детьми, и все как-то не было причины познакомиться. Александр Иванович! – представился он и снова протянул нам руку, которую мы снова пожали.

– Разрешите мне предложить вам что-нибудь выпить?

Мы переглянулись, Изида нахмурила брови.

– Нет-нет. Я не предлагаю вам горячительных напитков, хотя ничего предосудительного в этом не вижу, – сказал Александр Иванович, поглядывая на Изиду. – У меня есть прекрасный чай, один из моих студентов привез из поездки. А еще есть вкуснейшее печенье, которое я беру всегда у одной дамы (Изида снова нахмурилась). Если вам понравится, дам ее координаты, она замечательный кулинар.

С этими словами он умчался на кухню. Пока он гремел там посудой, мы рассматривали комнату.

Вместе мы сделали вывод, что женатым он никогда не был, – просто не было ничего, что могло бы указывать на присутствие жены или детей, зато на одной из книжных полок стояла фотография собаки в рамочке. Лера взяла ее в руки.

– Слышь, Болонка, – тут ее взгляд переметнулся на Изиду, которая уже хотела что-то сказать. – Ну ладно, ма, не буду. Лен, посмотри, а это не тот самый пес?

– А, похож. Может, и штаны твои где-то тут сохранились? – смеясь, сказала я.

Ни с того, ни с сего у нас поднялось настроение, и мы снова хотели предаться нашим воспоминаниям, как зашел профессор, держа в руках поднос с чашками и вазочкой с печеньем.

– Это Федор. Мой лучший друг. Уже 9 лет, как его не стало, а я все просыпаюсь каждое утро, чтобы его вести гулять. Я каждый день с ним разговариваю. Каждый день, – голос профессора как-то поник, и мне стало его невыносимо жалко.