Лекарство от забвения. Том 1. Наследие Ящера

Руки лекаря, довольно-таки изящные для хархи, двигались так быстро, а манипуляции были столь неуловимы, что наблюдающий из-за спины Куримар с трудом постигал происходящее. Нисколько не преувеличивая, он и годы спустя утверждал, что это был танец рук, состоящий из резких толчков в грудь, надавливаний какими-то черными камушками на виски, круговых растираний лба и втыкания в запястья тончайших иголок с крючковатым ушком. Сколь странными ни казались эти лекарские эксперименты, последний из них явно пошел бедняге на пользу.

Первыми ожили его руки: они начали выписывать волнообразные движения вдоль пока еще недвижимого тела. Выглядело это немного пугающе. Следом с нарастающей силой заходила, вздымаясь, грудь, видневшаяся сквозь мокрые лохмотья разорванного хитона. Эти судорожные сокращения мышц избавили «утопленника» от изрядной порции соленой воды, приправленной мелким песком, на которую в приступе отчаяния тот променял излюбленную хмельную маругу. Мелкие черты лица зашевелились в пробуждающейся мимике и тем самым сорвали с себя ритуальную нефритовую маску[21 - Ритуальная нефритовая маска – изделие декоративно-прикладного искусства о. Харх, выполненное из мозаики нефритовых пластин, соединенных между собой нитями из пластичных железных язычков соцветия тизиара – яркого представителя сада каменных цветов. Так как у народа хархи традиционные захоронения заменены ритуальным сжиганием на специально отведенных для этого Пепелищах, то такая маска надевается на лицо усопшего, готовя его к встрече с Огненным богом. По состоянию маски после сожжения островитяне судят о судьбе своего сородича за пределами материального мира: если пластины обуглились и почернели – это добрый знак, указывающий, что сам Прародитель одарил усопшего пламенем своей длани и благословил стать сыном Матери звезд. Если же, несмотря на серьезное тепловое воздействие, цвет маски хотя бы отчасти сохранил свою травянисто-зеленую окраску, то, к несчастью родных и близких, это означало, что Огненный бог отвернулся от умершего из-за его слабости, трусости и праздности в мирской жизни. Семьи, нашедшие на Пепелище нетронутую огнем зеленую нефритовую маску, на протяжении многих лет усердно выстраивают цитриновые алтари перед своими домами, богато их украшают и наполняют эти чаши всяческого рода подношениями. Разумеется, и в святилищах острова для этой цели предусмотрена особая Стена отверженных, на которой хархи высекают имена своих неудачливых сородичей.