Любовь никогда не перестаёт… Рассказы основаны на житиях святых

Девушка так же, как и её погибший жених, не подавала признаков жизни. Тело Андрея силой вытянули из неразжимающихся прощальных объятий Анастасии. Покойника водрузили на носилки и понесли в казарму. Девушка так и осталась сидеть во дворе один на один с собственным горем.

Постепенно, очень медленно к Насте возвращалось сознание. Девушка окинула взором дом, двор, сарайчик, словно видела их впервые. Откуда-то издалека донёсся визг проголодавшихся поросят. На удивление, он не вызывал раздражения, наоборот, даже находил некий отклик в израненной душе Насти.

Девушка подумала об Анфисе: «Животные добрее людей… Уж лучше с ними, чем в доме с мачехой».

К вечеру Анастасия перебралась в сарайчик к поросятам.

Крики Анфисы, увещевания пойти на работу и не оставить на голодную смерть её и сестёр девушка слышала как бы издалека. Слова мачехи проносились мимо, не задерживались в душе и сознании Насти. Мир разделился на две части, две составляющие. Одна реальность – это то, что происходило вокруг, смерть любимого, суета взбудораженных людей, причитания Анфисы, тёмные стены сарая… Другая – новое пространство тишины и покоя, куда уносилась душа Анастасии, не в силах принять трагическую действительность, чтобы смириться и продолжить существовать в ней.

Всё, что принадлежало этому миру, практически одномоментно утратило всякое значение, перестало казаться важным, ценным, определять поступки и саму жизнь. Настя не думала о работе, о будущем, её беспокоили помыслы об Андрее.

Её возлюбленный – самоубийца.

Ему закрыт вход в Царство Божие. Самоубийцы Царства Божия не наследуют. Если бы Андрей погиб на войне в сражении, девушка не сомневалась бы и секунды, что он попал в рай. А так…

Мысль о невозможности спасения возлюбленного не давала покоя. Настя не находила себе места. Девушка бесконечно страдала, ужасаясь вечной участи Андрея.

Анастасия оставалась в сарайчике и последующие несколько дней. Пару глотков похлёбки, выливаемой поросятам в корыто, хватало для поддержания слабых сил.

На пятые сутки, мучимая голодом и жаждой, в полном сознании своей немощи девушка приготовилась к смерти.

Настя перекрестилась, ещё и ещё раз прочла молитвы к Пресвятой Богородице и ко Господу, легла на спину, опираясь головой о шершавые доски постройки.

Внезапно сарай наполнился ярким светом, поглощающим стены, потолок, настил. Тесное помещение преобразилось в бескрайнее, переливающееся тысячами оттенков, сияющее пространство иного мира.