Созерцание Ристики

– Какого еще комода? Что это за вопрос такой? – вконец не выдержал Сергей, – Вы разве не спросите меня по существу о происшествии, из-за которого я здесь?

Леонид Юрьевич сразу отложил ручку и откинулся на спинку стула.

– Ты хочешь об этом поговорить? – спокойно произнес профессор Николаев, – О дорожно-транспортном происшествии?

– Не знаю. Наверное, хочу, раз вы не хотите.

– Я слушаю.

– Хорошо, – попытался сосредоточиться Сергей, – Я записываю в блокнот странности в духе неприкасаемой помехи с перекрестка.

И знаете что? У меня уже десяток подобных заметок. Как будто эта мистика и не исключение вовсе, а особый закон. Наверное, думаете, что я не в себе?

– Думаю, да.

Сергей оторопел. Ожидая услышать поддержку, не предполагаешь натолкнуться на неприятие. Если бы он держал сейчас в руках карандаш или что-то еще – непременно уронил бы. Одновременно Сергей почувствовал и облегчение: высказав сначала капитану, а теперь психологу терзавшие его ум соображения, он выговорился.

– Большинству людей можно приписать то или иное психическое расстройство. Отличие только в степени отклонения: летающие, розовые слоны – одно дело; изложение фактов в эмоциональной интерпретации – совсем другое, – закончил Леонид Юрьевич, указав на край стола, где лежали материалы дела.

Сергей удивился: его, неразговорчивого и рассудительного, чуть ли не впервые назвали эмоциональным. Как ловко психологу удалось вывести его из равновесия!

– Понимаете, профессор…

– Пожалуйста, не называйте меня так, – неожиданно остановил Леонид Юрьевич, – По учёному званию я только доцент.

Просто раньше много лет состоял на должности профессора. Люди по старинке меня так называют.

– Вот оно что, – протянул Сергей и сразу сбился с мысли, – Вы читали материалы дела? Труба не показалась вам странной?

– Пойми и освободись от навязчивой идеи: в трубе нет ничего примечательного. Напротив, избирательная работа мозга – удивительна. Мы замечаем только то, что необходимо нам для жизни.

Более того, люди изо всех сил стараются замечать как можно меньше. Стараются не вглядываться в тёмные углы квартиры по ночам, чтобы не дай Бог не увидеть домового. Проходя на улице мимо бездомного ребенка, большинство людей делает всё, чтобы не увидеть его слез. Краем глаз мы можем видеть многое, но намеренно не хотим, чтобы не рушить свой мировоззренческий мирок. Итак, про трубу правильнее будет сказать: её наконец-то заметили.