Хватай и беги

На ее голову надели белый платок, отчего всё вокруг скрылось за полупрозрачной пеленой. Она всё пробовала вырываться, пыталась вернуться к машине и скрыться там, но женщин было много, и они довольно сильно держали ее и вели к дому. К тому же, кто-то кидал в нее шашу[3 - Казахский обычай, когда во время семейных празднеств, в виновника торжества бросают конфеты и монеты.], и Зара не знала, обороняться ли ей от конфет или от рук похитителей.

Ее силой толкнули в дом и перейдя его порог, Зара поняла, что пропала, и если родители ее отсюда не заберут, то пропала окончательно.

Всю дорогу женщины расхваливали жениха и саму Зару, говоря, какую замечательную невесту привел в дом их младший сын. Зара же, в свою очередь, пыталась дойти до разума хотя бы женской половины похитителей, объясняя им, что их младшего сына видит впервые в жизни и замуж за него не хочет, потому что это полнейший абсурд.

– Данияра нашего ты ведь знаешь? – ответила ей на это одна из женщин, примерно возраста ее мамы, когда они уже были в доме и Зару завели в одну из комнат, посадив на корпешки.

 – Он хороший у нас, а Марат с него пример всегда берет. Сама скоро убедишься, что лучшего мужа не найти.

– Да не нужен мне ваш Марат! – крикнула Зара, снова вырываясь и стянув с себя платок. – Как вы не понимаете? Не нужен!

В этот момент, старшая из женщин, годившаяся Заре в бабушки, легла на порог комнаты и плача, попробовала дойти до разума девушки, причитая:

– Не говори так, внученька. Марат наш золотом для тебя будет.

Я сама тебя уже внучкой своей читаю, как родная ты нам теперь. Через меня ведь ты не перешагнешь, не опорочишь свою семью? Видно ведь, что ты девушка приличная, хорошая. Старших уважаешь.

Зара перестала вырываться и упав на корпешки, закрыла лицо руками и разрыдалась. К ней присели, как она после узнала, мама и сестра Марата и Данияра, и принялись ее успокаивать.

– Не плачь, доченька, – сказала мама. – Завтра родителей твоих сюда пригласим, той большой устроим. А на свадьбе самой красивой будешь, платье мы тебе уже прикупили.

– Но я не хочу…не хочу, – посмотрев в глаза мамы жениха, Зара взмолилась. – Отпустите меня домой, пожалуйста.

На это мама и сестра, ничего не сказав, встали, всё так же улыбаясь, и помогли подняться Заре. Мама снова одела на нее платок, только на этот раз не прикрывая лица, а только закрыв голову. Руки ее были мягкими, как и у родной матери Зары, но более пухлыми, как и вся фигура женщины.

– Пойдем за стол.