Юсупов. Последний из рода

Софья с тоской посмотрела на отъезжающее такси и поплелась следом за подругой и австрийцами из тиндера.

Ну разумеется, Серафима протанцевала весь вечер с Симоном. Софья присоединялась к танцам только для того, чтобы через десять минут снова сесть за столик. Сегодняшняя вечеринка посвящалась эпохе пятидесятых. Девушки пестрили платьями в горошек и «гусиную лапку», сверкали брошами и браслетами на длинных перчатках. Строгие мужские костюмы сменялись приталенными рубашками с вычурными и даже фриковатыми узорами.

Кто-то ослаблял галстук, а кто-то выпрямлял шляпу, на которую уже трижды наступили.

Из динамиков доносились вечные хиты Элвиса, замиксованные под современные биты.

Софья допила коктейль, зажевала дольку апельсина, которая противно кислила. А потом сидела с такой же кислой миной, пока Давид развлекал пресными беседами о его музыкальных пристрастиях и широком диапазоне навыков. От игры на укулеле до скалолазания с минимумом страховки.

А потом свершилось! Свет погас, музыка стихла, девчонки завизжали, зазвучал голос ведущего:

– Ааааа, как ваше настроение? А я вас не слыыыышууу! Давайте раскачаем танцпол! Ведь перед вами прямо сейчас джаааааз-оркестр прямиком из Нью-Йорка!

Сцену осветили десятки софитов.

Два ряда музыкантов в белых костюмах с черными рубашками улыбались публике. Трубы, саксофоны, тромбоны бликовали аж до рези в глазах. Ведущий представил дирижера, а через миг оркестр заиграл.

На этом Софья сдалась. Живая музыка имеет особую магию – усидеть невозможно.

Серафима подмигнула, когда подруга присоединилась к танцам. А что собственно кукситься? Потусуется вечерок – завтра об этих заграничных поклонниках и думать забудет.

Софья потеряла счет времени. К реальности вернул голос ведущего, который обозначил появление хозяина клуба.

– Встречайте! Фиииил Княяяязееев!

С потолка посыпалось конфетти. На сцену в клубах дыма вышел Его Княжество в белых брюках, полупрозрачной рубашке с вычурными узорами. Как и на презентации выставки он привычным движением Тони Старка поприветствовал зал и… упал.

В смысле, его, конечно, подхватили десятки рук, пронося как рок-звезду его тело по толпе.

Если бы могла, Софья закатила бы глаза к затылку. Ну и самолюбие у него…

Танцы продолжились. Эта голова с небрежно уложенными волосами, мелькала то тут, то там. А когда Софья решила снова плюхнуться за столик, почувствовала, как кто-то с силой потянул ее за руку.

– Смотри! – крикнула Серафима.