Мать

– Позвольте! – говорил он, отстраняя рабочих с своей дороги коротким жестом руки, но не дотрагиваясь до них. Глаза у него были прищурены, и взглядом опытного владыки людей он испытующе щупал лица рабочих. Перед ним снимали шапки, кланялись ему, – он шел, не отвечая на поклоны, и сеял в толпе тишину, смущение, конфузливые улыбки и негромкие восклицания, в которых уже слышалось раскаяние детей, сознающих, что они нашалили.

Вот он прошел мимо матери, скользнув по ее лицу строгими глазами, остановился перед грудой железа.

Кто-то сверху протянул ему руку – он не взял ее, свободно, сильным движением тела влез наверх, встал впереди Павла и Сизова и спросил:

– Это – что за сборище? Почему бросили работу?

Несколько секунд было тихо. Головы людей покачивались, точно колосья. Сизов, махнув в воздухе картузом, повел плечами и опустил голову.

– Спрашиваю! – крикнул директор. Павел встал рядом с ним и громко сказал, указывая на Сизова и Рыбина:

– Мы трое уполномочены товарищами потребовать, чтобы вы отменили свое распоряжение о вычете копейки…

– Почему? – спросил директор, не взглянув на Павла.

– Мы не считаем справедливым такой налог на нас! – громко сказал Павел.

– Вы что же, в моем намерении осушить болото видите только желание эксплуатировать рабочих, а не заботу об улучшении их быта? Да?

– Да! – ответил Павел.

– И вы тоже? – спросил директор Рыбина.

– Все одинаково! – ответил Рыбин.

– А вы, почтенный? – обратился директор к Сизову.

– Да и я тоже попрошу: уж вы оставьте копеечку-то при нас!

И, снова наклонив голову, Сизов виновато улыбнулся. Директор медленно обвел глазами толпу, пожал плечами. Потом испытующе оглядел Павла и заметил ему:

– Вы кажетесь довольно интеллигентным человеком – неужели и вы не понимаете пользу этой меры?

Павел громко ответил:

– Если фабрика осушит болото за свой счет – это все поймут!

– Фабрика не занимается филантропией! – сухо заметил директор.

 – Я приказываю всем немедленно встать на работу!

И он начал спускаться вниз, осторожно ощупывая ногой железо и не глядя ни на кого.

В толпе раздался недовольный гул.

– Что? – спросил директор, остановясь. Все замолчали, только откуда-то издали раздался одинокий голос:

– Работай сам!

– Если через пятнадцать минут вы не начнете работать – я прикажу записать всем штраф! – сухо и внятно ответил директор.