Югра. Это моя земля. Литературный путеводитель

Взглянул охотник на свои ребра и увидел еще одну пару. Вынул он четвертую пару ребер и крикнул:

– Не гневайся, милая Сорни-Най! Не смог я накормить тебя заячьим мясом, так прими же меня в свою пищу!

Снова громыхнуло зимнее небо, врос лес обратно корнями вниз, сошел с земли снег, и пришла на мансийскую землю весна, как пришла она и в сердце молодого охотника.

Адрес объекта: гора Неройка

Бронников Артем.

Ложные боги

Мириады снежинок спускались с облаков и в завораживающем танце ложились на землю.

И только медленно плетущаяся фигура, оставляя кровавый след, нарушала эту картину. «Это не может так закончиться, о всемогущий Торум!» – взмолился охотник и провалился во тьму.

Казалось, еще вчера они с Энтель сидели у костра и наблюдали за полетом маленьких искорок, которые угасли, не успев разгореться. Словно человеческие души, которые гибнут, едва родившись. Энтель не боялась широко мыслить, все ее рассуждения о других богах, ином устройстве мира завораживали и пугали. Но больше их никто не мог услышать, только луна – немой свидетель их бесед – безразлично роняла свет на двух влюбленных.

И словно боги решили наказать этих двоих: Энтель заболела.

В одну из ночей она просто не проснулась, все попытки разбудить ее были тщетны. Лишь биение сердца говорило о том, что она жива, но тело, холодное как самые лютые зимы Севера, говорило об обратном. Травы, настойки, молитвы, обряды – все было бесполезно.

Однажды охотник решил отвлечься от тяжелых дум и пошел на прогулку в лес.

Долго бродил он, не разбирая дороги, и его мысли об Энтель плелись следом. «Темнеет, пора возвращаться», – подумал охотник. Огляделся и понял, что заблудился. К несчастью, стемнело настолько, что даже своих следов не разглядеть. Пришлось идти куда глаза глядят.

Уже несколько часов ходил он и вышел на поляну. Видит, чум стоит. Заходит, а там старик лежит, еле жив, только пар изо рта поднимается. Подбежал охотник и начал приводить старика в чувства. «Вставай, вставай, отец, замерзнешь!» – толкал старика охотник.

И тут старик прошептал: «Воды…» Охотник разжег костер, растопил снега и напоил старика.

– Спасибо тебе, незнакомец, продлил старику жизнь еще на пару дней.

– Почему ты здесь один?

– В изгнании я, уж четвертый десяток лет. В последнее время уже сил нет. Уйдешь ты, странник, да и пропаду я совсем. Ну хватит обо мне, вижу печаль на твоем лице, поведай, в чем дело?

– Любимая моя больна, хворь неведомая, будто вечным сном забылась.