Королева академии

Поэтому не могли бы вы организовать свою пробежку так, чтобы почаще мелькать во-он под теми окнами? Вам, Вирена, они хорошо знакомы, – добавил ректор. – Именно там находится испорченная вашими подружками клумба. Ну и магистру Ноксу заодно ее покажете.

– Но, – начала я, – снег же…

– Ничего страшного, снег физическим упражнениям не помеха, – кровожадно сказал Нокс и улыбнулся.

Мне стало нехорошо. И от этой улыбки, и от предвкушающего взгляда.

– Вот и замечательно.

Ректор даже посветлел лицом. Попрощался и бодро посеменил в сторону центральных ворот академии.

Видимо, встречать гостей.

– Мы что, всерьез будем бегать кругами около академии, пока ректор поит кофием комиссию? – спросила я Нокса, всё еще надеясь, что это шутка.

– Совершенно серьезно, Вирена, – отозвался он. – Совершенно серьезно.

– Можно, я хотя бы переоденусь?

– А вот это совсем лишнее. Вы уже один раз сегодня сбежали у меня из-под носа. Больше такой номер не пройдет.

Буквально через три минуты я поняла, что больше, чем просто бегать, я не люблю бегать по сугробам.

Даже если сугробы маленькие. Я и подумать не могла, что дыхание собьется так быстро, а ноги одеревенеют и заболят. А ведь мы еще не пробежали и круга!

Зато Нокс впереди передвигался легко и непринужденно, умудряясь с каждым шагом увеличивать разделяющее нас расстояние, хотя было совсем незаметно, что он наращивает скорость. Я, между прочим, тоже старалась изо всех сил, а запыхалась значительно больше.

Он намеренно сбросил темп, чтобы я смогла его догнать, и, когда я почти достигла цели и вознамерилась попросить остановиться хотя бы немного отдышаться, снова двинулся вперед в комфортном для себя, но недостижимом для меня темпе.

Мне пришлось со стоном устремиться следом. Если на первом круге было просто неприятно, то на втором стало по-настоящему страшно. Ноги налились свинцом, голова кружилась, а легкие горели при каждом вдохе. Мне давно не было так плохо.

У нас проходила физическая подготовка в рамках обучения в академии, но я выбрала танцевальную специализацию, и в целом занятия были в удовольствие и без напряга.

Мы иногда бегали, но в основном в качестве разминки по залу. А тут большое расстояние, холодный воздух и сугробчики… И вот она я – задыхающаяся, с красной физиономией, хрипящая. Самой стыдно!

– Бегаешь ты, Вирена, так же, как и знаешь сопромагию, – сказал совсем не запыхавшийся магистр, и мне захотелось разрыдаться. – Вообще есть что-то, что ты делаешь хорошо?

– Я. Всё.