Возвращение домой

Даша обсохла под палящим солнцем и решила попросить того, с кем легче договориться:

– Пап, смотри – дети купаются одни. У берега мелко. Можно с ними поиграть? Я за обедом съем весь суп, правда-правда! Можно? Пожа-а-алста!

– Ну, после такого обещания каждая малоежка получила бы разрешение самостоятельно понырять на мелководье.

С радостным визгом Даша помчалась к воде. Она передумала знакомиться с играющими в мяч детьми и нырнула в набежавшую волну.

“Какой малюсенький крабик на дне! Поймаю”. Подплыла ближе, попробовала ухватить за края панциря.

Краб ловко увернулся. Даша повторила попытку. Малыш закопался в песок и скрылся из вида.

Даша почувствовала, что дыхание заканчивается. Подалась вверх. Не успела глотнуть воздуха. Следующая волна накрыла, потащила к берегу и назад. Руки и ноги перестали слушаться, барахтались сами по себе.

Даша рефлекторно вдохнула ртом. Едкая соль обожгла язык, горло. Одолели страх и отчаяние.

“Надо закричать! Не могу, – пронеслось в голове. – Вокруг полно? народа, может, кто-нибудь заметит, что я…”

Волна потащила в море.

“Если не вдохну – утону”, – пронзила страшная мысль. Пальчики рьяно цеплялись за песчаное дно, ноги пытались найти опору. Голова на миг оказалась над водой. Даша резко втянула воздух до того, как снова накрыло. Худенькое тельце собрало последние силы, рвануло.

Даша ощутила ногами дно. Поднялась, чуть не упала, но устояла. “Спасена!”

Сделала несколько неуверенных шагов. Плюхнулась на песок у кромки воды. Закашлялась, желая освободиться от горечи, разъедающей горло.

По всему телу разлилась мелкая дрожь, но страх рассказать о случившемся родителям оказался ужаснее пережитого.

Даше всегда говорили, что она – самое дорогое в семье. Но ещё учили никогда не жаловаться. Сейчас это мешало броситься к маме в объятия и расплакаться.

“Накажут… Накажут и никогда больше не разрешат купаться!” – стучало в голове. Терзаемая страхами, она неосознанно лепила что-то из песка и соображала, как поступить.

Немного успокоившись, Даша обернулась.

На неё, улыбаясь, смотрели родители.

“Ничего не заметили”, – вздохнула с облегчением, постаралась улыбнуться в ответ.

Мама направилась к дочери.

– Ой, Дашенька! Да ты вся дрожишь! – всполошилась она. – Всё-таки перебор с купанием.

Родители спешно собрали вещи. Отец понёс дочку на руках.

4

Очнувшись то ли ото сна, то ли от обморока, Даша попыталась приподнять веки. Яркий свет слепил. Потолок и стены плыли. Мутило.