Пылающая душа

Вытаскиваю первую попавшуюся тунику и натягиваю через голову. Не хочу, чтобы он на меня пялился. Шоу закончилось, вернулась прежняя Дайана, и я сохраню ее в себе, чего бы это мне ни стоило.

– Мне наплевать на то, что ты себе навоображал, – чеканю я, даже не оборачиваясь к помощнику. – Не знаю, что ввело тебя в заблуждение. Но спать я с тобой не собираюсь. Все ясно? Я могу быть вампиром, гулем, виверной, но это не изменит наших с тобой отношений. Я приказываю – ты исполняешь. Не устраивает – вали. Я предупреждала тебя изначально.

Ты мой помощник, ты мне дорог, я за тебя могу отдать жизнь, но спать – нет. С этим, вон, вали к Дафне или к Ребекке.

– Тебе будет сложно удержаться, – уверенно говорит Эль. – Особенно первое время. Проще уступить своим желаниям. Чего ты боишься?

– Превратиться в животное? – спрашиваю с нервным смешком, обернувшись, и смотрю на него. Хорош. Растрепанные светлые волосы, васильковые глаза и расстегнутая на груди рубашка. Я бы могла влюбиться в него, и это было бы прекрасно.

Но судьба распорядилась иначе, и я не считаю нужным с ней спорить. – Нет, Эль ты знаешь, что я всегда предпочитала не идти на поводу у примитивных инстинктов. И тебе не советую.

– Ты отказываешься от удовольствия во имя… А во имя чего ты отказываешься, Дайана? – зло уточняет он и смотрит на меня с вызовом.

Но на мне снова защитная броня. Я смогла обуздать чувства, и разум ликует, потому что я поступила правильно.

– Во имя себя, конечно же, – отвечаю я. – Как всегда.

Я все делаю исключительно во имя себя. И вообще, мой прошлый секс закончился плохо. Меня убили… Причем это был тот же человек, с кем я делила постель. Так что прости, я не готова делать новые глупости. И совершенно точно не готова спать с тобой. Как помощник ты для меня более ценен, чем как любовник.

– Ты все же спала с ним… – В голосе Эля лед и ярость, которые меня смешат. Наивный мальчик.

– Тебя это не касается, – отрезаю я. – А сейчас я хочу отдохнуть.

– Вампирам не обязательно спать.

К тому же ты недавно воскресла. Не наотдыхалась еще в гробу? – В его голосе издевка. И это утомляет.

– Эль, свали, пока мы не поругались окончательно. Тебе надо остыть, – замечаю я и отворачиваюсь, делая вид, что меня очень заботит наполнение моего шкафа. – А мне – подумать.

Эль какое-то время стоит в центре комнаты и не хочет сдаваться. Глупо. Его настойчивость не приведет ни к чему хорошему. Я старательно не обращаю на него внимания.