Великолепный тур, или Помолвка по контракту

Интересно, что подумает обо мне госпожа Сантери, если с семейного банкета я потырю бутерброды в мешочке?

Глава 3

Как наказывают драконов

Гигантский разноцветный попугай, сплошь увешанный каменьями и блестками, сказал:

– Я придумал!

– Что? – не поняла я.

Попугай нахохлился.

– Леди Леруа! Хелми! Просыпайтесь, вы опаздываете!

Я вскочила как ошпаренная, прижимая к груди одеяло. Из зеркала на туалетном столике на меня смотрел шеф. Как всегда, одетый с иголочки, безукоризненно свежий и недовольный.

– Как вы… это мое зеркало! Я не настраивала его для связи, я использую блокнот!

– Меня не устраивает блокнот как способ связи. Вы должны быть под рукой в любую минуту.

– В спальне?! – сначала ляпнула, а потом покраснела. – Что вы там придумали?

– Выходные в замке с привидениями проведем не только с шейхом, но и с моей родней. Устроим банкет там, а в конце публично поссоримся и отменим помолвку. Шейху будет наплевать, он с гаремом уедет восвояси, а мою мать удовлетворит такой исход.

– А мне обязательно… удовлетворять вашу мать?

– Вы сейчас выругались или мне показалось? К вашему сведению, я не собираюсь лишаться наследства. У меня есть свои капиталы, но я не для того потратил годы, чтобы преумножить семейные деньги семьи Сантери.

– Деньги, деньги… а что-нибудь настоящее у вас есть?

Урчание в животе красноречиво напомнило, что ничего более настоящего, чем завтрак, который можно купить за деньги, на свете не существует.

– И что же вы, Хелми, подразумеваете под настоящим?

Преодолевая смущение, я вылезла из-под одеяла и прошла в ванную.

Вряд ли от Ильмира укрылось, что спала я в смешной теплой пижаме, как и то, что с утра моя голова напоминала стог сена средних размеров. Сегодня же завешу зеркала плотной тканью, пусть вещает из-за шторки, все спокойнее.

– А из-за чего мы поругаемся?

– Пока не знаю, – признался шеф. – Но обязательно придумаю. Главное, ведите себя естественно. Ну и порасстраивайтесь, когда все произойдет.

– О, не волнуйтесь, когда буду рыдать от счастья, скажу, что с горя убиваюсь.

– Хелми, я вам неприятен? Вы как-то… я чувствую от вас некоторую враждебность.

Я вздохнула. Что ж, пожалуй, перегнула.

– Господин Сантери, как бы вам объяснить… ну, то есть я не отрицаю свой косяк. И не против поиграть в вашу невесту перед шейхом и птичками. Но слушать оскорбления вашей матери и быть девочкой для битья на семейном ужине – это немного другое.