Воровка с того света

Мужчины редко обращали на меня внимание, и у этого была и обратная сторона, я была скромной. Скромная воровка – это нечто из ряда вон, но что есть, то есть. Я знала, что оставляю сильный пол равнодушным, и никогда не парилась по этому поводу – меня не интересовали отношения. Насмотрелась на других. Но я стеснялась. Даже на пляж выбиралась редко. Это странно – стесняться, когда на тебя и так никто не смотрит. Сейчас я снова попала в капкан тех же эмоций. И ненавидела блондина за то, что он заставляет меня их испытывать.

По длинному коридору мы вышли к лестнице, ведущей, по всей вероятности, на первый этаж, поднялись и оказались в просторном холле, где напугали служанку. Она взвизгнула и отскочила, закрыв рот рукой.

– Я говорила, что мне нужна одежда. Мог бы одолжить рубашку. Мужчина с обнаженным торсом вызывает меньше вопросов, чем женщина с голыми си… км… – я прокашлялась, – с голой грудью.

– Ее испугало не это.

– А что?

– То, что ты демон.

Посчитав ответ исчерпывающим, блондин ускорил шаг.

Мне не осталось ничего, кроме как следовать за ним. По дороге мы встретили дворецкого, который посмотрел словно сквозь меня, еще одну служанку (эта сумела не заорать) и наконец подошли к двери в комнату на втором этаже.

– Ты будешь жить здесь, – сказал блондин. – Убегать нельзя, покидать комнату можно, лишь если я тебя позову. В окно можно только смотреть, себе и окружающим вредить тоже нельзя. Все ясно?

– Я похожа на болонку?

– Что? – он нахмурился.

– Ты отдаешь приказы так, словно я болонка.

– Твое тело меня слушается. Оно усвоило то, чего я хочу. Надеюсь, вы с ним будете существовать в мире и согласии, Кристина.

– Я не знаю твоего имени.

Думала, он скажет, что мне это знание не нужно, но блондин внезапно ответил:

– Меня зовут Габриэль. Устраивайся.

– А что будет потом?

– Потом будет потом, – отозвался он и ушел.

Я положила руку на ручку двери, не решаясь войти в комнату. Я точно знала: это последний шаг в новую жизнь.

Габриэль

Вместо эйфории я получил словно удар под дых. Я так долго шел к этому, а когда задумка увенчалась успехом, испытал смешанные чувства. И вот еще даже не обед, а мне хочется нажраться или хотя бы вызвать Алекса, но нельзя сделать ни то, ни другое. Пить рано, а Алекс, пожалуй, не оценит мою задумку. Такие выверты скорее в его стиле, а не в моем. Он – пламя, действующее импульсивно, а я – лед, обдумывающий каждый шаг. Так было всегда.