Светлые дни и ночи

Далее в ход идут суриковые тени, алым карандашом подводятся губы. Скинув полотенце, Анна несколько мгновений изучает в зеркале свою кожу, затем наносит тональный крем на шею, плечи и верх груди. Затем нежно раскатывает вдоль своих недлинных ног новые тёмно-телесного оттенка чулки с силиконовыми кружевами. Отглаживается и надевается платье. Распечатывается флакончик новых духов, открывается баночка с цветными контактными линзами. Наконец, Анна расправляет шикарный парик. С ним она приобретает совершенно иной волнующий облик.

Волнистые чёрные волосы чуть ниже лопаток, разделённые прямым пробором, игривая чёлка из двух половинок, под которой по-новому играют глаза, тёмно-синие сапфиры вместо привычных карих опалов.

В поисках, не забыто ли что, шарит в косметичке. Из тёмных недр на коврик выпадает мелко сложенный, повидавший виды, листочек. Анна задумчиво разворачивает пожелтевшую бумагу и с мягкой улыбкой пробегает первые строки… Как давно это было, задумывается она. Возможно, именно с этих ровных квадратных куплетов и начались её серьёзные отношения с Валентином.

Или нет? Впрочем, какая разница – время, словно волны, стёрло грань на песке, перекроило береговую линию…

Она критически осматривает себя, незнакомую. Хорошо, зубы здоровы, да нет никаких родинок на лице и на груди. (Редкие веснушки не в счёт). Впрочем, родинку можно и добавить.

Окрестим себя Элей, решает новая Анна. Для малознакомых мужчин – Эльвирой.

Ещё несколько минут на репетицию особого тембра голоса – с хрипотцой.

Тоже отголосок какой-то ныне успешно забытой роли. И можно идти.

Напоследок разбросав постель, Анна выходит на улицу. Стараясь не обращать внимания на праздношатающихся мужчин, она устремляется в ресторан. Геворк её не узнает, хотя и пытается пристальнее приглядеться.

– Что за готическая нимфа нарушает рутинный покой нашего тихого провинциального ресторана? – встречает незнакомку Геворк своим неизменным фирменным тоном.

Анна разыгрывает новичка.

– Юноша! Надеюсь у вас тут вполне пристойно, чтобы я ни о чём не беспокоилась?

– Какой нелепый вопрос!.

. А за юношу спасибо! Из ваших уст это прозвучало естественно! Пройдите вон туда. Нет! Впрочем, желаете ли вы, чтобы я вас подсадил к дамам, или, напротив, к кавалерам? Или вы предпочитаете побыть наедине?

– Пожалуй, сегодня мне хотелось бы побыть в одиночестве.

– Как скажете, мадемуазель! Вот этот столик будто ждёт вас. Моё почтение!

На танцполе кружатся Валентин и Лера.