Битва

– Кто это? – недоуменно спрашивал Николай Светлов, – ваши, наши или еще кто?!

– Нет, и не наши, и не ваши, – скупо отвечал Николай Царев, – хотя, постой! Вон в цепи даже негры есть!

В это время немецкие «Леопарды», сопровождаемые пехотой, сминая гусеницами украинскую землю, как тогда, в сорок первом, продвигались к пансионату.

Светлов посмотрел на своего старого друга.

– Микола! – улыбнулся он, – семья-то как? Передавай потом привет Натахе и твоим сынулям!

Украинский майор как-то нехорошо посмотрел на своего друга, и скупые мужские слезы блеснули в его глазах.

– Нет, не передам, – глухо прозвучал его голос, – погибла Натаха и вся моя семья в пятиэтажке в результате вашего «высокоточного» обстрела… Весь дом порушили, хотя рядом газовый трубопровод находился, так его не тронули, бизнес, понимаешь?! Господи! И кому была нужна эта проклятая война?! Такие вот дела, друг, один я теперь…

Русский майор сочувственно посмотрел на Царева.

– Извини, не знал, – с горечью покачал он головой, – но это, брат, война, и на ней, увы, не ищи милосердия и справедливости… А твоих жаль… Очень жаль…

Царев осуждающе посмотрел на Светлова.

– Эх, товарищ майор! – с горечью произнес он, – не знал! Так просто, так просто… Вот такой вот он, русский мир – неотступный, весь в развалинах и погибших! Страшный и беспощадный!

Русский майор осторожно посмотрел на своего старого друга.

– Нет! – хоть и упрямо, но уважительно ответил Светлов.

 – Это уже не русский мир! Это мир дьявола, сатаны! Не буду даже говорить про убиваемый вами Донбасс! Пойми, друг! Настоящий наш мир на любви, доверии и милосердии основан, и в этом мире, даже встречая незнакомца, человек, здороваясь, всегда спросит: «Помочь?»

И в этот момент его прервал звук разрыва вражеского снаряда на их спешно оборудованной позиции – это «Леопарды» открыли огонь из своих пушек, целясь по детскому пансионату.

– Ух ты! – удивился Светлов и скомандовал своему радисту, – Ваня, связь!

Оба командира по своим рациям связались с командованием и доложили об обстановке, но приказ был один: «Не вступать в бой с неизвестными и отходить!»

В это время цепи противника со стреляющими «Леопардами» двигались прямо на них!

Посмотрели друг на друга оба Николая, да и доложили своему командованию правду-матку и их решение вступить в бой за детей.