Никто не знает Сашу

А ведь эти перезрелые женщины, эти жалкие интеллигентные женщины на кухнях, эти бывшие участницы бардовских движений, что осели в квартирках, заваленных хламом, дай бог, нашли утешение в детях и внуках – моя аудитория, но как бы в будущем, думал он. Это всё те же юные, цветущие девочки, для которых я горю, девочки с глазами страждущими, пьющими меня, хватающие взглядом каждое движение моих рук, девочки, приходящие на мои концерты как на праздник, разодетые, со вкусом или без, накрашенные, с причёсками, со сладким маревом духов – для него, для друг друга, вечное соревнование – все они перезреют и сморщатся в работниц Ашана, бухгалтерш, в растянутые лифчики и засаленные халаты.

Он же не может жениться на всех, он даже трахнуть всех не может. Он может для них только гореть на концертах, для этих вечных русских женщин, неприкаянных русских женщин, которые составляют две трети его залов. Саша опять вспомнил про Полли. К чёрту, подумал он, буду дома к четырём утра, на неудобной электричке. Саша выпил йогурт на улице, стёр молочную каплю с губ и двинул к «Платонову».

16. Антон Ромбовский. Менеджер площадки «Платонов», культуртрегер, 27 лет, Чернозёмск, дома

– Ты дома? А что смотришь? Ого. Должно быть прикольно, на «Гидре» очень хвалили. Да-да, там про меньшинства, актуальная тема. Как себя чувствуешь? Горло ещё болит? Я купил тебе всё по списку. Да, та аптека была закрыта, пришлось в соседний квартал идти… Да ничего! Лишь бы ты поскорее выздоровела. Вот этот спрей должен помочь.

Да нормально! Слушай, я устал безумно, но вообще хорошо прошло. Отличный концерт. Солдаут! Первый раз у нас – и солдаут! Все на таких эмоциях расходились. Говорили, привозите таких ребят почаще.

Ох, любимая, я так долго делал этот концерт! Никто не верил в это.

Тебе чай сделать с мёдом? Да, я представляю, милая! Ну потерпи пару дней, и скоро выздоровеешь. Слушай, ну давай, что-нибудь приготовим вместе? Хочешь пирог? М? Сырники? Давай! Я, кстати, видел на «Афише» прекрасный рецепт.

Короче, я говорю, никто не верил, что получится собрать людей на такое! Да, это не самый актуальный звук. Да, этот жанр катастрофически немоден. Такой культурный атавизм.

Но сейчас же есть некоторая ностальгия на прошлое, на девяностые, и Виладж писали про это. Мне кажется, именно такие исполнители и могут перевернуть представления об этом жанре. Может, даже возродить его! Громко сказано, конечно, но в русский рэп три года назад, знаешь, тоже никто не верил.