Божья любовь. Экстремальная литература

И во свету ночь вечная для всех Богов при их беспечности там и укоренилась. И Гильгамеш пошёл туда, откуда этот план, пропитанный кровавыми словами: вот ваша выгода подобия живых существ и вам.

Гильгамеш – это физическое явление гравитационных барьеров в реальности.

Кирилл

Он брёл об ангелах, не ведая вдоль здания знакомого. Душой себя считал во ждании бессмертия невесомого. И То же Небо тёмное ему предстало пустотой: узрел он омерзение слепое рвотой окатив асфальт столичный и родной.

Неадекватно.

Он людей боялся. Боялся бешеной толпы, что сумасшедшим нарекут поиздеваться. Он вдруг оправился и посмотрел на башню: она прекрасна, живописна и орнамент окон заставляет разум мерцать ясно.

Он посмеялся, осознав, что там он согласился с сожалениями просто с кем-то где-то там. Стоял перед Кремлёвской башней он, словно молясь орнаменту дворянскому: спасибо вам, но вы самоубийцы. Он понял это чётко, явственно.

И мимо женщина в ажурном платье, в брюках шла. Она его увидела и сказать что ему первой не нашла.

Но он сказал ей:

– Леди милая, постойте. Меня с вами беседы удостойте.

Она ответила в печали:

– Только смерть вокруг. Чего же надобно вам, сударь? Чего желаете в общении, мой друг?

– Я видел Ангела. Он толстый, с бородой. Он мне поведал: Бог убивает человека только, если он немой.

Она задумалась, ему сказав:

– Обыденностью надо нам сражаться, а те давно уже сражаются с ним там.

Орнамент по зигзагу шёл на башенке Кремля. Он впитывал историю людей день ото дня.

Сейчас он видел, знал, что эти люди молодцы: они для будущего жизни продолжателей гонцы.

Он отряхнулся и преодолел свой ужас:

– Даже распятье милосерднее к живому, чем подобный способ смерти, поднатужась. Я аж как умирать забыл! Я аж забыл свою агонию! Мне страшно жить! Мне просто страшно видеть столь жестокую иронию.

Она вдруг улыбнулась и сказала мрачно и жестоко:

– Святые, тем не менее, сказали, что на всё для наших воля Бога.

– Мне страшно.

Может познакомимся при напряжении таком? Культурно пообщаемся, чтобы не быть скотиной им туда на корм.

– Ну мы уже почти знакомы. Меня Полина звать. А вас как, сударь, предложите величать?

Он посмотрел на жёлтый Башни стройматериал, что в общности контраста золото ему напоминал.

– Меня зовут Кирилл. По имени я тот, кто Бога первым победил.

И уплотнилось вокруг них пространство. Оно изобразило им толстенного, богатого мужчину вполне беспристрастно.