Кашемировое пальто

Редакция была почти пустой. Она взяла сумку, накинула мягкое кашемировое пальто голубого цвета на одно плечо, словно хотела защититься, и пошла к выходу. У двери опять стоял Тим.

– Дай пройти.

– Джен, послушай, не обижайся, я просто не знаю, как тебя поддержать. А с Джоном работаю столько лет, что уже не обращаю внимания на него.

– Значит, твое чувство нормы полностью атрофировано. До завтра.

Тим попытался что-то сказать, но Джен быстро проскользнула под его рукой и ушла домой, чтобы, как оказалось, порыдать.

Она заваривала чай на кухне и нарезала лимон. Потом резко раскрыла пакет с печеньями, села на стул, добавила в чай сахар, кинула два ломтика лимона и все размешала. Сделав глоток, она почувствовала, как тепло разливается по телу. Ощущение резко перенесло ее в момент, когда она маленькой каждое лето приезжала с родственниками на море и вместе с Илаем рылась в песке, который был ужасно горячим из-за жары. По коже проносился теплый, сухой ветер. Джен чувствовала это даже сейчас. В тот момент самой главной проблемой Джен было то, что Илай нашел более крупную ракушку чем она.

Со временем на смену ракушкам пришли другие проблемы.

Половины пачки печенья уже не было, хотя чая было еще достаточно. Джен сходила в комнату за телефоном и вновь села за стол.

Привет еще раз. Я нагрубила сегодня. Не бери в голову плиз. Я не хотела тебя обидеть, просто день выдалс…

Джен набирала сообщение, потом перечитала и стерла все предложения. Она несколько раз попыталась снова набрать текст, но ничего складного не получилось.

Затем она сделала глубокий вдох и написала:

Мне жаль, что я сегодня так резко ушла. Не хотела тебя обидеть.

Отправлено.

Джен смотрела на экран и гипнотизировала сообщение. Прошло около двух минут, которые Джен показались вечностью.

Прочитано.

Все нормально, не переживай.

Джен легко улыбнулась, и увидела, что Тим вышел из сети.

Сто процентов, сейчас с какой-нибудь…

Выдержать страдание из-за предположений о личной жизни Тима Джен была не в состоянии.

Хотя эта мысль время от времени возникала в ее голове, но она по привычке гасила чувства и переключала внимание на другие вещи, как правило связанные с работой. К несчастью для ее нервной системы, Джон всегда был готов подкинуть то, о чем можно было переживать.

Прошло минут 40. Джен все еще сидела за столом и смотрела в стену, на которой еле заметно потрескалось покрытие.

И это называется «долговечное»?

Вдруг загорелся экран телефона.