Покаянный

Их обоих тюрьма уже пугала больше, чем потеря работы и, так или иначе, положения в обществе. Они предполагали, что тело Ольги найдут в квартире Артёма, а потому искали сейчас способ скрыться от полиции.

Внезапно из какого-то ветхого домика с облезающей синей краской каркаса выглянула старушка и спросила:

– Вы за боеприпасами? – её глаза блестели такой честностью и искренность в этом вопросе, что оба мужчины невольно умилились.

– Нет, бабушка, – с уважением сказал Даниэль, – мы ищем, где остановиться.

Денег у нас с собой не так много, но мы вам сможем заплатить.

– Да не надо, ребятки, – сказала бабушка, – заходите. Только я больная и старая. Родные у меня в городе живут – если что уж в болезни не бросьте.

– Конечно, бабушка, – обрадовались мужчины и зашли в домик.

– А как вас звать, бабушка, – спросил Артём, – я Артём, а это Даниэль – мой хороший товарищ.

– Я Грета, – ответила бабушка, – можно просто по имени, можно бабушка Грета, а можно официальней – Грета Тимофеевна.

– А у вас тут уютно, – сказал Даниэль, присев за столик.

– Да, стараемся, милок, – сказала Грета, – чего натворили-то? Убили кого что ли? Дело-то житейское. Вон у Митрофана только год назад мужик прятался: сорвался несчастный и жену сковородой насмерть забил. Год он его прятал, а нынче он не в России: вместе на Кавказ уехали работать. Что терять? Жизни тут всё меньше и меньше оставляют людям: любой в наши дни может сорваться. Однако мальчики, убивать не следует: вы тем делом своим же детям будущее закрываете.

Вы уж послушайте бабушку – я давно живу на этом свете.

– Конечно, Грета Тимофеевна, – сказал Даниэль, поглядывая на побледневшего Артёма.

– Я сорвался, – сказал Артём, – вы правы.

– Ну не терзайся, милок, – всё образуется, – сказала бабушка, – я тебя научу свою раздражительность в узде держать. Сама давно оружием занимаюсь в этой местности: в нашем деле без сильной воли и выдержки бизнес не пойдёт.

Али придут цепные за тобой – спрячетесь. Они там почти все меня знают. Располагайтесь оба на чердаке – там места много и чисто. Постель в той комнате берите. Ещё потом огород вскопать немного надо – я недоделала.

– Спасибо, Грета Тимофеевна, – сказал Артём и пошёл располагаться.

Даниэль взял в коридорчике лопату и пошёл копать.

Свежий воздух деревеньки воскресил что-то умершее в Даниэле, и он ощущал за работой только безмятежность.