Потоп

– А что, – спросил насмешливо Кмициц, – лапотники согласны?

– И поклянутся на мечах, если угодно.

– Пусть поклянутся.

– Ко мне, Панове, ко мне! – крикнул Володыевский шляхте, стоявшей под стенами дома.

Через несколько минут все собрались у входной двери, и весть, что Кмициц хочет взорвать дом, так их ошеломила, что они как будто окаменели и не могли произнести ни слова; вдруг среди этой гробовой тишины раздался голос Володыевского:

– Всех вас, панове, беру в свидетели, что я вызвал оршанского хорунжего пана Кмицица на поединок с условием, что если он одолеет меня, то может беспрепятственно уехать отсюда, в чем вы поклянетесь на рукоятках сабель всемогущим Богом и святым его Евангелием.

– Погодите, – крикнул Кмициц, – уеду беспрепятственно со всеми людьми и панной.

– Панна останется, а люди пойдут в плен к шляхте.

– На это я не согласен.

– Ну так взрывай дом! Панну мы уже оплакали, а что касается людей, то спросите их, что они предпочитают.

Снова наступила тишина.

– Пусть и так будет, – сказал наконец Кмициц. – Не удалось похитить ее сегодня, удастся – в другой раз. Вы ее даже и под землей от меня не скроете. Клянитесь!

– Клянитесь! – повторил Володыевский.

– Клянемся всемогущим Богом и святым его Евангелием. Аминь.

– Выходите же наконец! – сказал Володыевский.

– Вы торопитесь на тот свет?

– Хорошо, хорошо, только скорей.

Лязгнули железные болты, подпиравшие двери изнутри.

Пан Володыевский отодвинулся, а за ним и вся шляхта, чтобы очистить место.

Дверь тотчас отворилась, и в ней показался пан Андрей высокий, стройный, как тополь. На дворе уже светало, и первые бледные лучи дня упали на его молодое, воинственное, гордое лицо. Остановившись в дверях, он смело взглянул на шляхту и сказал:

– Я верю вам, ваць-панове. Бог знает, хорошо ли я делаю, но не в этом дело. Который тут пан Володыевский?

Маленький полковник выступил вперед.

– Я, – ответил он.

– Хо-хо, а вы таки непохожи на великана, – сказал Кмициц, намекая на рост рыцаря, – я думал, что вы подороднее, а все ж видно, что вы опытный солдат.

– О вас я этого не скажу, ваць-пане: вы даже забыли расставить стражу. Если вы и деретесь так, то мне недолго придется трудиться.

– Где станем? – быстро спросил Кмициц.

– Здесь… двор гладок, как стол.

– Согласен, приготовьтесь к смерти.

– Вы так уверены, ваць-пане?

– Видно, вы в Оршанском не бывали, если в этом сомневаетесь.