Как вам это понравится. Много шума из ничего. Двенадцатая ночь. Перевод Юрия Лифшица

Безлюден бор,

Но идет среди ветвей

Стихотворный разговор

Языком любви мой, —

Что мгновенно человек

Пробегает жизни круг;

Что за час промчится век,

Если друга бросит друг.

Но о чем в лесной глуши

Речь ни шла бы между крон,

Каждый звук моей души

Розалинде посвящен.

И поймет любой, кто в лес

Ни придет, что слиты в ней

Благостынею небес

Совершенства прежних дней.

Все, чем девушек других

Одарило небо врозь,

По веленью сил благих

В Розалинде собралось.

Лик Елены был ей дан,

Клеопатры гордый вид,

Аталанты стройный стан,

Честь Лукреции и стыд.

Взять повелел совет божеств

У той – лицо, у этой – стать,

Чтоб совершенством совершенств

Могла бы Розалинда стать.

Ее удел быть вечным образцом,

А мой – навеки быть ее рабом.

РОЗАЛИНДА. О милосерднейший из пастырей! Немилосердно с вашей стороны нагонять скуку на вашу паству такой нудной любовной проповедью и не сказать перед нею: «Запаситесь терпением, друзья мои».

СЕЛИЯ. Вы еще не ушли, друзья мои? Пастух, забирай своего друга и иди с ним куда-нибудь.

ТОЧИЛЛИ. Придется, пастух, с честью отступить. Пусть без возов и подвод, зато с сумкой и подсумком.

(КОРИНН и ТОЧИЛЛИ уходят.)

СЕЛИЯ. Как тебе стихи?

РОЗАЛИНДА. Так себе, сестрица, тем более что в последних строчках стоп несколько больше, чем в предыдущих.

СЕЛИЯ. На них и опираются эти стихи.

РОЗАЛИНДА. Видишь ли, хромым стихам не помогут никакие подпорки.

СЕЛИЯ. Ну, конечно, чуть ли не все деревья в лесу испещрены нашим именем, а нас это не касается.

РОЗАЛИНДА. Нет, я не могу оставаться равнодушной к этому стихийному бедствию. Уже дней девять мне попадаются стихи, вроде тех, какие я нашла на пальме. Посмотри. Пожалуй, со времен Пифагора мне не ставили стихотворных силков. Хотя я не могу утверждать это наверное, поскольку была в то время ирландской крысой.

СЕЛИЯ. Тебе известно, кто поэт?

РОЗАЛИНДА. Наверное, мужчина, как и все поэты.

СЕЛИЯ. Как ты догадалась? И у него на шее твоя золотая цепь. Ты покраснела, покраснела!

РОЗАЛИНДА. Да кто же он, скажи на милость?

СЕЛИЯ. Господи Боже мой! Гора сходится с горою благодаря землетрясению, тогда как человеку встретиться с человеком нет никакой возможности.

РОЗАЛИНДА. Но кто же он, кто?

СЕЛИЯ. Ты это серьезно?

РОЗАЛИНДА.